— Негоже суетиться из-за какого-то массажа. Если вы, сударыни, видите в обычном массаже что-то недопустимое и пошлое, то этим видением вы компрометируете в первую очередь себя и оскорбляете всех массажистов.
Анна явно хотела что-то сказать, но вместо этого закрыла ротик и нахохлилась, искоса поглядывая то на меня, то на Галкину. Баронесса же и вовсе воздержалась от комментариев. Скрестив руки на крохотной груди, она хмурилась. Но не более того. А вот если бы я на её глазах решил размять спинку Анне, тогда да, крику было бы не избежать.
А Елизавета Петровна… эта больше не сопротивлялась и теперь таяла в моих руках.
— Чуть вперёд подвинетесь, пожалуйста, — попросил я, массируя её между лопаток.
— М-м-м… так? Спасибо… в самом деле, будто становится легче… Будто тревоги отпускают… М-м… и на душе становится… теплее…
— Приятно слышать, — сдержанно произнёс я.
Я был полностью сконцентрирован на процессе, так что её слова отмечал лишь краешком сознания. Разумеется, ей сейчас хорошо и тепло — я ведь вливаю в неё чистую ману.
Использую технику, которой, вероятно, кроме меня в этом мире никто не владеет. Техника эта бодрящая, сканирующая, в некотором роде восстанавливающая…
Но не исцеляющая. До возможностей полноценных целительских техник ей далеко.
Однако же благодаря этой технике я смог купировать первый приступ энергетической болезни у Галкиной в прошлый четверг. И сейчас могу «отогнать» подальше болезнь и собрать анамнез.
Что ж… как я думал, зараза никуда не делась.
Более того, часть источника Галкиной уже недоступна женщине — мана копится в этой части, но не используется телом.
Энергетическая зараза будто бы собирает энергию носителя внутри его же тела. Я бы сказал «ворует», но самого факта извлечения этой энергии из тела нет.
Пока что.
И самое поганое, я понятия не имею, как исцелить Галкину от этого недуга. Если оставить всё как есть, женщина будет слабеть, худеть, увеличенный аппетит не поможет ей восстановить ману.
В итоге в её доступе останется меньше энергии, чем необходимо для жизни, и Галкина умрёт.
А внутри неё будет полный источник маны…
Хм… Можно ли записать Галкину в мой персональный список неизлечимо больных?
Пожалуй, да.
— М-м-м… — стон преподавательницы прервал мои размышления.
— Посмотрите, Анна, как хорошо Елизавете Петровне, — услышал я тихий шёпот баронессы. — Будто бы кошке на коленях у хозяина.
— Пф! — недовольно выдала её вассалка.
