То, что сказал капитан, оказалось настолько дерзким, настолько невероятным, что прозвучало полной чушью. И всё же… что-то в этой истории заставляло задуматься.
В голове подполковника никак не укладывались слова Павла. Он был настолько уверен в себе, в своей правоте, словно действительно выполнял приказ по выявлению предателей. А его косвенные доказательства… Как ни странно, всё сходится. И хуже всего, что ниточки ведут к генералу.
Что если капитан говорил правду и среди офицеров действительно были предатели? Абсурд, конечно.
Но не более абсурдный, чем факт убийства тридцати опытных бойцов одним капитаном, пусть даже с необычными способностями.
Сосулькин снова спустился в землянку к Ростовскому. Генерал попросил его тут же отчитаться после допроса Магинского, и подполковник не мог мешкать, хотелось помочь капитану. Всё же Магинский практически спас его карьеру, подтвердив подозрения насчёт Топорова.
Князь Ростовский ждал, сидя за столом. Рядом лежали какие-то бумаги, судя по печатям — от самого императора.
— Ваша Светлость, разрешите доложить? — вытянулся подполковник, отдавая честь.
— Докладывай, — кивнул генерал, отложив бумаги в сторону. — Что сказал наш… герой?
Сосулькин сделал глубокий вдох и начал пересказывать всё, что услышал от Магинского. О секретном задании на выявление предателей, о подозрениях насчёт Цвелодубова и других офицеров, об их попытке убить Павла после успешной диверсии. Всё это он излагал тихим голосом, опустив взгляд в пол. Никто нормальный не захочет повторять такое в присутствии генерала южной армии.
— Вот, значит, как? — Ростовский поднял бровь, выслушав доклад до конца. — Выходит, Магинский у нас ещё больший герой, чем я думал. Всучил ему предателей, и даже с ними он выполнил свою задачу. А потом ещё и уничтожил их…
Повисло напряжённое молчание. В воздухе словно сгустилось электричество, грозящее вот-вот разрядиться. Казалось, даже магический фонарь на столе мигал ярче от напряжения.
— Да, — тихо подтвердил Сосулькин, готовясь к взрыву.
— Всё никак не пойму, — генерал задумчиво постучал пальцами по столу. — Как у него получается? Каждый раз! Вот ситуация… Даже я не вижу выхода, а у него он есть? Скажи, Эдуард Антонович, ты в курсе?
— Никак нет! — выпрямился подполковник, сам удивлённый реакцией генерала.
— Понятно, — хмыкнул Ростовский, словно чего-то подобного и ожидал. — Замнём тему.
— Но как? — не смог сдержать удивление Сосулькин. — Дело слишком резонансное. Армия вся бурлит.
