Подполковник стоял напротив меня в тесном карцере, его лицо выражало странную смесь облегчения и беспокойства. Он только что сообщил «радостную» новость, которую я пытался переварить.
— Мы заключим мир с турками, — повторил Сосулькин, словно это всё объясняло. — В нашу пользу отходят сто тридцать километров их территорий. Подпишем пакт о ненападении. У нас тут будет регулярная армия, а у них — нет. О лучшем и мечтать не приходится.
— Да я не про это, — покачал головой, пытаясь осмыслить всю информацию.
Подполковник вздохнул и перешёл к сути:
— По соглашению, которое подписано князем и каким-то там Каимом-Макамом, договор нужно ратифицировать.
Их дипломат отправится к нашему императору. А ты, Магинский, поедешь в Константинополь к султану. Так решил великий князь, — подполковник сделал паузу. — Ну, или расстрел. Решать тебе.
Глава 5
Я прикрыл глаза, переваривал услышанное. Ростовский нашёл идеальный способ избавиться от меня, не создавая себе лишних проблем. Отправить в Константинополь человека, который только что устроил диверсию и помог в этой битве? Да ещё и убил тридцать офицеров русской армии? Блестящий ход.
Проблему с убийством офицеров можно замять. Я исчезну с горизонта тех, кто хотел моей смерти. Генерал почистит армию от подозрительных элементов. Если меня там убьют, это будет на совести турок. А если я справлюсь… тогда уже совсем другая история.
Не покидало чувство, что здесь игра гораздо масштабнее, чем кажется на первый взгляд. Рука императора? Или, может, у Ростовского свои планы, в которые не посвящён даже Сосулькин?
Этот неожиданный поворот заставил меня усиленно анализировать характер и мотивы князя.
Что-то тут не сходится, нарушена логика. Генерал получил преимущество в битве не просто так. Мы оттеснили турок, захватили территории. Это явно была подготовка к чему-то большему. Не зря Ростовский пошёл на генеральное сражение. Значит, свой козырь он уже разыграл. Какое-то ему одному известное подкрепление должно было прибыть со дня на день.
Генерал мог бы двигаться дальше, получить больше земли, славы, побед.
Блеснуть в исторических хрониках, укрепить своё положение при дворе. Тогда почему остановился? Его будто сдержали.
Может, от трона пришёл прямой приказ? Но почему именно сейчас, когда успех уже в кармане? Это как если бы тебе позволили открыть дверь сокровищницы, но запретили входить.
Что-то явно изменилось в расстановке сил. Что-то, о чём я не в курсе. И Сосулькин знает гораздо больше, чем говорит.
— А? — открыл я рот.
