Двойник короля 13

Остальным тяжелораненым доставались остатки моих запасов. Кому-то помогало, кому-то нет.

Пока я занимался лечением, змеи принесли печальные новости. В трёх километрах от нас они нашли ещё семь тел моих охотников. Тех, кого огненный дождь застал в открытом поле, без защиты монстров. От этих людей остались только обугленные останки, но даже их змеи аккуратно собрали и принесли. Мёртвых не бросают.

Каждое новое тело было ударом по сердцу. Столько погибших, больше половины моих лучших бойцов.

— Твою мать… — прошипел, сжимая в кулаке очередной пустой флакон.

Зелья заканчивались. Обычных лечилок — около десятка. Этого хватит, чтобы поддержать жизнь в тяжелораненых, но не больше. Придётся использовать трофейные зелья — те, которые забрал у кровяшей. Ирония судьбы: лечить своих людей лекарствами, изъятыми у врагов.

Проблема в том, что это вышка. Она намного слабее эталонки. Хоть вёдрами заливай, эффект при таких ранах минимальный.

Я продолжал обползать раненых по кругу. Каждые пять минут давал новую порцию лекарств тем, кто мог их принять. Кому-то становилось лучше, кому-то — хуже. Трое охотников умерли за эти два часа. Просто тихо перестали дышать, несмотря на все мои усилия. Их тела я тоже приказал змеям нести с собой.

Один из кровяшей очнулся и попытался что-то сказать, но я заставил его замолчать.

— Вопросы потом, — отрезал коротко. — Сейчас лечимся.

Монголы держались стоически.

Змеи передали сигнал о вибрации земли — множество всадников двигаются в нашу сторону. Судя по ритму, это кони. Монголы. Твою мать!

Посмотрел на склон, по которому нам предстояло подниматься. Крутой подъём, каменистая поверхность, а у меня куча раненых и обожжённых людей.

Тут же выпустил ещё сотню змей и пятьдесят ползунов. Нужно было организовать транспортировку для всех пострадавших.

— Всех на монстров! — скомандовал я.

Рептилии принялись подхватывать тела охотников. Кто-то стонал от боли, кто-то висел безвольно. Змеи обвивались вокруг людей, превращаясь в живые носилки.

Подъём оказался крайне неприятным мероприятием. Каждая кочка отзывалась болью в обожжённых участках кожи. Охотники стонали и хрипели, но мы карабкались вверх, подальше от приближающихся монголов.

Тут же направились в серую зону.