Хозяин дома, вынужденный стоять перед гостями, которые без спроса заняли его кресло… Что ж, поиграем.
Ничего не ответил и молча прошёл по залу. Встал напротив лейтенанта, чувствуя спиной взгляды остальных.
— Это моё место, — спокойно произнёс я, отмечая, как дёрнулся кадык Запашного.
— Правда? — изобразил удивление Горбачёв, его брови взлетели вверх. — Не знал… Вы уж простите.
Мужик медленно поднялся. Сапоги скрипнули по паркету, когда он занял место рядом с Запашным. Ставленник императора старательно отводил глаза, делая вид, что разглядывает узор на стене.
Я уселся в кресло, всё ещё хранившее тепло чужого тела. А в зал тем временем заглянули Витас и Георгий — их силуэты замерли в дверном проёме.
— У нас тут разговор не для ушей слуг, — открыл рот лейтенант, поджимая тонкие губы.
Жора уже развернулся к выходу, но я успел ответить:
— Мой дом, мои люди, мои правила! — каждое слово падало, как камень. — Если вас что-то не устраивает, я никого не задерживаю. Это вы без приглашения пришли, а они тут живут и служат.
— Олег Сафронович, — подал голос Запашный, его пальцы нервно теребили пуговицу на пиджаке. — Оставьте, я же вам говорил, что у молодого человека нет манер, уважения. Да и опыта тоже.
— Слушаю! — закинул ногу на ногу, устраиваясь поудобнее.
— Вы в курсе, что монголы предприняли вылазку? — дёрнул щекой Горбачёв. На его скуле заиграли желваки.
— Было что-то такое, — даже не повернулся к нему, разглядывая реакцию остальных. — Пока я следил за своими землями, охотился и убивал монстров, напали несколько десятков.
— Вы их схватили? — тут же взволновался лейтенант, подаваясь вперёд всем телом.
— Сначала да, — кивнул, глядя на Витаса. — А потом убил."
"— Павел Александрович, — слово взял Зубаров, пальцы которого всё ещё теребили хвост волос. — Сейчас у нас тут собрание родов земельных аристократов.
— Не вижу Требухова, — перебил его, отмечая, как вздрогнул человечек у стены.
— Сергей Геннадьевич? — ставленник императора фыркнул, словно услышал дурную шутку. — Он занят.
— Сейчас на допросе у нас, — улыбнулся Горбачёв, и в этой улыбке не было ничего приятного. — Как и вы скоро окажетесь.
— Не советую угрожать в стенах моего дома, — повернулся к лейтенанту, чувствуя, как внутри поднимается холодная ярость. — Что ж вы никак не поймёте это простое правило Магинских?
— А я не угрожаю вам, молодой человек, — он встал и подошёл к окну. Закатное солнце очертило его силуэт красным.
Горбачёв достал из внутреннего кармана потёртый портсигар.
