Он… выходит, он давно знал, что настанет этот день?
Нет…
Не мог Наньгун Чанъин этого предвидеть. Это всего лишь совпадение...
Мо Жань почувствовал дрожь ужаса, его зрачки сузились, превратившись в две точки…
Это просто совпадение!
Но как ему убедить в этом самого себя? Этот почивший герой смог вырваться из-под контроля Вэйци Чжэньлун, перед смертью он перерезал свои меридианы и захоронил в глубинах горы Цзяо свой божественный лук Чуаньюнь, тетива и стрелы которого до краев наполнены его духовной энергией.
...Если все это не было заранее тщательно спланировано, разве возможно было бы то, что происходит сейчас?
Он пошатнулся и отступил на шаг.
Раньше Мо Вэйюй искренне верил, что все легендарные герои этого мира — лицемеры, и все исторические записи о них не более чем попытка, закрыв руками небо[215.6], аккуратно вымарать грязные пятна неблаговидных деяний, а после, надев белоснежный саван, остаться в памяти людей добродетельными праведниками.
Да, он и правда считал, что Наньгун Чанъин по сути своей ничем не отличается от созданной им Духовной школы Жуфэн, где под красивыми масками из человеческой кожи скрывалось лютое зверье!
Неужели он ошибался?"
"Мо Жань смотрел на объятого негасимым пламенем Наньгун Чанъина. И сотни лет спустя этот почтенный бессмертный не утратил удивительную силу духа, способную потрясти небеса и перевернуть земную твердь.
Так он ошибался?!
Даже самый глубокий омут в мире не скроет твои грехи. Как бы хорошо ты ни переписал официальную историю, в ней останутся белые пятна и нестыковки, которые невозможно будет объяснить, а всем людям в мире рты не закроешь.
Наньгун Чанъина считали совершенным человеком, отказавшимся от власти и вознесения… Раньше он считал, что все это не более чем красивое прикрытие для обеления человека, находящегося на вершине власти.
Он ошибался…
Все что угодно можно похоронить, кроме правды.
Когда, словно снег по весне, растает все наносное, яркая белизна поблекнет, земля покажет свое истинное иссеченное морщинами и измазанное грязью лицо, некуда будет бежать. Солнечный свет высветит все грехи, и под светом белого дня они зашипят и завоют.
Он… ошибся…
Не сводя глаз с Наньгун Чанъина, Мо Жань медленно покачал головой. В это время Наньгун Чанъин поднял голову.
