— Будто бы что-то под потолком… хлопает.
Я же не подал виду и мысленно обматерил демона-душнилу, что висел под потолком и хлопал в ладоши, не в силах сдержать своего восторга."
"— Ха! Смотри! — старик снова нашел, к чему прикопаться. — А вот теперь ты точно попал! Видишь? Здесь печать не мокрая, а сухая! Так быть не должно.
— Зато здесь проставлены две зеленые печати, вместо одной оранжевой! — парировал я.
— Ну и что?
— Так зеленые печати полностью перекрывают этот документ. Вспомните свод уточнений от шестого мая тысяча девятьсот седьмого года, о правилах пользования цветными печатями! Ну что, вспомнили двадцать второй пункт?
Рембо явно стоит увести отсюда душнилу.
А то ему скоро станет плохо, он уже едва держится под потолком, и вот-вот рухнет на голову клерку. А может и не плохо ему вовсе, просто слишком хорошо. Но сути это не меняет.
Пока мы перекрикивались с Семенычем, доказывая друг другу свою правоту, вокруг нас собрался чуть ли не весь бухгалтерский отдел.
— Смотри, вот-вот новобранца вздрючит, — тихо усмехнулась дородная женщина неопределенного возраста и с толстым слоем косметики на лице. — А всё потому, что нельзя так с Семенычем!
— Нет, кажется, Семеныч сдает позиции… — помотал головой мужик в огромных очках и с рыжими пышными усами.
— Глупости, никто еще не побеждал Семеныча, — не согласилась с ним женщина. — Он ведь еще не достал свои козыри из рукавов. Сейчас скажет приходить завтра, потом послезавтра, так и будет солдатик месяц бегать, пока не сделает всё идеально.
— А знаешь что, боец? — Семеныч как-то лукаво улыбнулся мне и выдержал короткую паузу. — У меня вообще-то обед! Ну что, съел? — он откинулся на спинку кресла и сел в позу победителя.
— Разве? А я думал по уставу во время обеда на рабочем столе должна стоять специальная табличка, — поднял я бровь.
— Так вот же она! — старик указал на пустое место, и сам не сразу поверил своим глазам.
— Гм… И правда, нет таблички… Кто спёр? Срочно верните на место! — крикнул он, но никто ему не ответил.
Еще бы, Рембо не для того ее унес еще за полчаса до моего визита сюда.
— Ладно, тогда план «б», — кивнул он и продолжил внимательно изучать каждую предоставленную мною бумажку. — Гм… — старик крутил бумажки по всякому, некоторые изучал под увеличительным стеклом, и даже отсюда можно было услышать скрип его мозгов.
— Семеныч, — вздохнул я.
