Инженер Петра Великого – 4

Мы чавкали по колено в ржавой болотной воде, продирались сквозь колючие кусты, карабкались по скользким, поросшим мхом валунам. Солдаты, навьюченные оружием, патронами, разобранными мортирами и собственным барахлом, шли поругивая шведов. Каждый шаг давался с трудом. Сырость пробирала до костей, гнус жрал заживо, а от постоянного напряжения ноги гудели, как телеграфные столбы. Я пер на себе такой же тюк, как и все, и чувствовал, как силы меня покидают.

Ночью мы не разводили костров. Дрыхли по очереди, прямо на сырой земле, завернувшись в плащи.

Жрали всухомятку — размоченные в воде сухари да солонину. Это был не поход, а проверка на прочность, на излом. И мои люди этот экзамен выдержали. За двое суток этого адского марша — ни одной жалобы, ни одного отставшего. Мы перли вперед, как единый, упрямый механизм, ведомый волей старого испанца.

На рассвете третьего дня мы вышли на опушку леса. Впереди, в низине, лежал наш пункт назначения. Завод в Евле. Я смотрел на него в трубу, и сердце застучало быстрее. Это был небольшой промышленный городок.

Несколько огромных доменных печей, из которых лениво тянулся дымок, длинные корпуса цехов, склады, казармы для охраны, аккуратные домики для мастеров. Все это было обнесено невысокой, но добротной каменной стеной. Мы вышли к нему с тыла, со стороны леса, точь-в-точь как и планировал де ла Серда. С этой стороны оборона была самой слабой — никто и в страшном сне не мог представить, что враг придет из непроходимых болот.

Я видел часовых, которые лениво слонялись по стене, видел, как из трубы казармы идет дым — солдаты завтракали.

Они жили своей обычной, мирной жизнью и даже не подозревали, что в нескольких сотнях шагов от них, в тени деревьев, затаилась смерть. Мы сделали это. Мы прошли.

Рассвет только-только начал красить небо в блеклые, серые тона, когда мы начали. Никаких тебе боевых кличей или барабанной дроби. Наша атака подкралась в тишине, которую нарушал лишь шелест утреннего ветра. Я лежал на мокрой траве рядом с де ла Серда, вглядываясь в панораму завода.

Все было готово. Мой план был прост и дерзок. Короткий, молниеносный налет, построенный на внезапности и технологическом превосходстве.

— Артиллерия, — прошептал я в темноту, и команда по цепочке ушла к расчетам.

В лесу, в полусотне саженей позади нас, четыре моих легких трехфунтовых мортирки уже стояли наготове. Солдаты сработали слаженно и беззвучно. Прицел взяли заранее. Цель — большая, длинная казарма, где дрых гарнизон.

— Огонь! — скомандовал я.