— Очень похож и лицом, и манерой сражаться «Малым драконом», но…
— Это точно меч княжича? — перебил Айнур.
— Я разглядел его достаточно. Ножны чужие, а меч тот. И в бою парень так же неожиданно кидает его в левую руку. Вигре все ноги исполосовал. Но вот тут уже и загадка — бить по ногам я его никогда не учил. Не княжеский это приём — кланяться врагу.
— Но что это могло бы значить?
— А то, что и лунного месяца не прошло. Ещё не все раны зажили. Нельзя научиться так быстро. А значит — это не он.
— Может, магия?
— Мы плохо знаем вайгальскую магию.
Тут мне лучше бы промолчать. Шаман пусть сначала скажет.
— Но, если магия, тогда всё-таки он? — с надеждой спросил Айнур.
— Не знаю, — покачал головою Чиен. — С боку глянешь — вроде как он. А присмотришься…
Фехтовальщик замолчал, бросил в костёр обгоревшую палку и стал поглаживать узор на рукояти меча. Рунный, молитвенный узор. Видно, читал про себя просьбу духам.
— Может, шаман сумеет помочь? — не отставал Айнур. Он никак не мог успокоиться. — Снимет личину, если её прилепили вайгальцы?
— Может быть, — отозвался Чиен с сомнением в голосе.
— Но я отродясь не слыхал про такое. Парень совершенно себя не помнит. Если и вправду шибануло его по башке заклинанием в битве с колдунами, то что стало с лицом? С его манерой сражаться?
— Лицо-то колдунам несложно попортить, — произнёс Айнур. — Видал, как эта его «жена» меняет внешность?
— В том-то и дело, что на себе меняет, — не согласился Чиен. — Работа эта — ювелирная, долгая. Как раз для девушки. Как же такое успеешь в бою? И опять же — дерётся он не совсем как наследник.
— А как? — спросил Айнур. — Ты объясни мне вернее? Я-то ведь не учил его. Вижу — в левую руку кидает. Движения, вижу, уверенные. А мастерство — может, и твоего повыше. Бейся вы один на один — всяко могло случиться. Но ты мне сам говорил: Камай — прирождённый мастер клинка! Он мог чему-то научиться и во время смертельного боя. Такая наука запоминается особенно хорошо.
— Нет, тут иное, — вздохнул Чиен. — Руку Камаю я сам ставил.
А этот… Он бьётся так, словно был у правителя ещё один, незаконный сын. И учил его не я, а кто-то из наших же, но похитрее и поподлее. Например, беглый Порта. То наш заяц вроде бы ровно кладёт финты, как положено с его школой, связки привычные делает. А потом вдруг как выкинет что-то, я и приёма такого не видел. Да и девушка эта… Знаешь, на кого она похожа, Айнур? Видел без маски синеликого императора?
— Ты чего хочешь этим сказать⁈ — Айнур даже покраснел от гнева.
