А Чиен поманил меня:
— Иди-ка сюда, заяц?
Я зачерпнул горсточку черники. Вот она была совсем как в моём детстве. Крепкая и сладкая и, говорили тогда, что эта ягода очень полезна для глаз.
Потом я догнал Чиена, топающего к реке.
Огня он с собой не взял, и скоро мы с ним ушли в непроглядный мрак. Я только по звуку шагов и понимал — фехтовальщик идёт впереди.
Луны сегодня не было, только звёзды горели, ничего на земле не освещая.
— Стой, — сказал Чиен и остановился. — Слушай меня, Кай из рода барса. Нам надо решить с тобой один важный вопрос.
— Какой? — фальшиво удивился я.
Понятно было уже примерно, что за вопрос мучил Чиена.
— Не бывает двух правых рук у одного человека, не бывает двух лун на небе… — начал он.
— Бывает, — перебил я. — Я владею левой так же хорошо, как и правой. А далеко в небе есть другие земли. В иных — и по три луны.
— Зачем ты говоришь мне это? — по голосу я понял, что Чиен сердится.
— Затем, что зря ты всё это затеял. Я не хочу выяснять с тобой, кто из нас правее.
— А мы и не будем выяснять, — сказал Чиен.
— Мы будем биться. В полной темноте. Кто победит…
— Ага, — сказал я. — Нас и так горстка, а ты хочешь, чтобы стало ещё меньше? Да тут темно, хоть глаз выколи! Мы же поубиваем друг друга!
— Значит, такова воля Тенгри, — усмехнулся Чиен.
— Да ты дебил и не лечишься, — разозлился я. — Зачем ты кормишь дурными мыслями свою гордость?
— Затем, что не бывает двух вожаков у одной стаи! Ты должен подчиниться мне!
— Здесь — я вожак!
— Докажи?
— Да, пожалуйста!
Я свёл пустые ладони, как показала мне Шасти, и между ними возникло молочно-белое сияние.
Пользы от него было ноль, но эффектно.
Может, поверит Чиен, что это что-то особенное, и отвяжется?
Глава 15
Поединок
Чиен уставился на белый свет, исходящий из моих рук. А потом спросил немного растерянно:
— Так это был ты? Я думал, это ведьма твоя остановила чудовище!
Тут и я вспомнил страшную ночь нашей битвы: возникший откуда-то такой же молочно-белый свет, замершую как в мультике ютпу.
Да, пожалуй, Чиен был прав: свет возник раньше, чем над адскими зверями повисли пылающие печати, сотворённые моей маленькой женой.
Меня сбила с толку похожая белизна сияния. Печати тоже были молочными, слегка мутноватыми, и я решил, что Шасти удивительно вовремя подоспела на выручку.
И только сейчас до меня дошло: всё было иначе. Сначала ютпа прыгнула на меня. Сбила с ног и едва не вышибла дух. Вот тогда и возник свет.
Я пришёл в себя после удара, и кругом сияло молочное зарево.
