Я покачал головой, мне не терпелось принять участие в разделывании драконов! Но Нишай оказался прав.
Яд ютпы был и в самом деле отличным оружием против колдунов и их молний.
С очередной молнией полыхнуло вдруг так, что полуизжаренный дракон рухнул прямо на белую юрту терия Вердена!
Словил горшочек, красава!
Падение дракона было последней каплей для наших врагов. Колдуны развернули зверей и бросились удирать туда же, куда унеслись волки — кто к лесу, кто к горам в сторону перевала. Часть дикарей кинулась за ними в погоню.
Мало того, и дракон Маргона — он донёс всадника и залёг — поднялся на крыло и с воплями перепуганной курицы понёсся к горам.
Терию Вердену пришлось взгромоздиться на своего зверя, чтобы не дать и ему подняться.
А на караванной тропе тем временем показалась огромная ничего не понимающая процессия.
Люди в нарядных одеждах. Воины в новенькой броне, сияющей начищенными стальными пластинками — пешие и на волках.
Караван нагруженных птиц-верблюдов. Огромный паланкин, который тащили сразу восемь крепких носильщиков.
А за ним — ещё два, поменьше."
"И всё это торжественно, стройно и с радостными криками и писком дудок вырулило из-за скалы и выезжало сейчас на каменистую равнину у Белой, где царил полный бедлам.
Истошно орал обгоревший дракон, доламывая «генеральскую» юрту, выли, кружась над ним, дикие волки.
«Домашние» дюжины охватывали полукольцом лагерь терия Вердена, а пеший отряд двигался в сторону леса, чтобы занять удачное с точки зрения командиров место для обороны.
Ну и мы гордо стояли среди кучи трупов.
Нас всё ещё было маловато, но мы уже всем доказали, что это — не самое главное.
Наконец, Шудур прекратил мучения дракона, но тише не стало. Дикие волки завыли так, будто у них начались соревнования на самый громкий голос.
Те, кто шёл впереди процессии, нарядные мужики с дудками, понятное дело заподозрили неладное и начали хором дудеть.
Слышно, однако, было хреново. Да и остановиться сразу вся эта махина людей и зверей просто не могла.
У неё был план, как это сделать, они явно тренировались. Но воины, идущие следом за музыкантами, остановились, хватаясь за оружие, и строй сломался.
Носильщикам даже пришлось взять влево, чтобы паланкин императора не опрокинули!
— Страшноликий император — страшная развалина, — пояснил мне Нишай, с улыбкой наблюдая за терием Верденом, что соскочил с дракона и спешил к императору навстречу. — Но старик не глуп и ещё не выжил из ума.
