Будь я не настолько двужильным и хитрым — он бы уже сумел меня подловить. Ведь он наблюдал наш поединок с Нордаем и примерно понимал, что от меня ждать.
Но я был быстрее, а он сильнее. И непонятно было, кто сломается первым.
Нишай, чуть переведя дыхание, выбрался из-за камней и бессовестно напал на наместника со спины. Охотники тоже не отставали — в терия Вердена летели стрелы, вспыхивая, но постепенно истощая защиту его амулетов.
— Сдохни! — орал он, растрачивая дыхание.
Я молчал.
Несмотря на то, что терий Верден сражался один, несмотря на мою ловкость и помощь Нишая — наместник был сильней нас всех.
Ничего странного, в общем-то. Сходная магическая защита не давала никому из нас преимуществ, но терий Верден был старше, сильнее, имел прорву опыта и очень хотел власти.
Мы, конечно, тоже были для него не подарком, но…
Удар, пришедшийся практически в гарду, едва не заставил меня выронить меч. Я перекатился по земле, уклоняясь и ощущая, как немеет запястье.
Нишай с криком кинулся вперёд, прикрывая меня.
Его терий Верден отшвырнул, как котёнка, и рванулся вперёд, учуяв шанс добить меня, пока я поднимаюсь с земли!
Мелькнул занесённый меч…
И тут между нами втиснулся охотник Ахтар, тот, что был помоложе. В его руке был зажат кинжал грубой работы местных кузнецов.
В следующую секунду удар, предназначавшийся мне, разрубил Ахтару плечо и грудь.
Охотник покачнулся, терий Верден торжествующе заревел. Но вдруг схватился за рукоять кинжала, торчащую между пластинами доспеха.
Он попытался вырвать кинжал, но тот прямо на наших глазах почернел и теперь прорастал в наместника паутиной железных корней, всё глубже проникая в его тело.
— Это шаманская магия древа! — взвыл терий Верден. — Эта тварь пустила во мне корни!
Он стал рубить мечом рукоять клинка, а я кинулся к Ахтару.
Поздно! Ни перевязать его огромную рану, ни зажать её руками — не было никакой возможности.
— Нишай! — заорал я.
— Я здесь, — откликнулся колдун.
Он стоял рядом и копался в поясной сумке.
— Ну так сделай же что-нибудь? — взмолился я, видя, как истекает кровью охотник.
— Это драконий меч, Кай, — тихо сказал колдун. — Воин не драконьей крови может умереть даже от царапины, а тут… — он вздохнул. — Такой раны не перенёс бы и ты.
— Кай жив, — прошептал Ахтар и улыбнулся. — Хорошо.
Это было его последнее слово.
С рычанием я обернулся к наместнику, но сражаться тот больше не мог — стальные корни пригвоздили его к земле, а тонкие железные нити обвили тело.
