Все они происходили из одной родовой ветки, знали воинские имена друг друга, и тайн между ними быть не могло.
Другое дело волки — этот род состоял из нескольких военных и охотничьих ветвей, и для многих оставалось загадкой, кто такой «Кай из рода зайца».
Только Майман и его родовичи знали ту правду, которую я здесь мог о себе рассказать. А настоящей не знал никто.
Да и зачем она в этом мире?
На торговой тропе мы сделали привал и дождались головного разъезда.
Это были найманы на волках. Полдюжины. Опытные бойцы в хороших доспехах.
Они обеспечивали разведку и были готовы первыми ввязаться в бой.
Волчьи всадники узнали Нишая издалека и миновали нас, отделавшись приветственными криками: «Слава сиятельному Нишаю!».
Он весело помахал им в ответ. Мастеру чёрного слова поход нравился. Он улыбался чему-то и даже шутил с «охраной»."
"Позади разъезда шёл пеший отряд найманов, потерявших волчат. Суровые, битые жизнью мужики. Вот к ним-то нам и предлагалось присоединиться, что мы и сделали.
Найманов было в районе двух дюжин.
А ещё у них имелся колдун с такой испуганной рожей, что настроение у меня сразу поднялось и я начал отвечать на шутки Нишая.
Колдуняка до судорог боялся нашего мастера чёрного слова, а значит — до Белой горы мы доберёмся спокойно. У креатуры Шудура просто не может быть такой унылой и запуганной физиономии.
Шли мы быстро, а потому было не до разговоров. Но приглядываться и размышлять я вполне успевал. И отметил, что тропа выглядит основательно вытоптанной.
Кончался последний летний месяц, дождей не было давно, и траву местами выбили до земли. А караваны-то стоят в городе… Что же это вайгальцы таскают туда-сюда?
Я стал вспоминать скупые отчёты Маймана. Судя по добыче наших «грабителей», вайгальцы поспешно возили к Белой горе провизию, оружие и гнали рабов.
Они там что, окапываются к зиме?
Похоже, что так. Ведь терий Верден поддался на уговоры Шудура и планировал ждать до весны.
И вдруг ему шлея попала под мантию. И все планы зимовать у его воинов пойдут сейчас волку под хвост… Нежданчик такой.
Вот так и рушатся хорошо проработанные планы. Из-за «мантии» военачальников.
Нет мантии — меньше дури. Но мантия у начальства разрастается быстро. Стоит дураку занять хоть какую-то должность — его самомнение подскакивает в геометрической прогрессии.
Сколько друзей у меня погибло оттого, что у командиров была длинная пышная мантия… И вот же чудо: мир другой, люди другие, а мантии — всё те же.
