Но не сгорела — всё-таки моя маленькая жена ещё и умелый маг.
Шасти стояла у огненной стены, захлестнув верёвку за пояс, раскачиваясь и пятясь. В руках у неё был горшок с ростком.
Нишая пытается вытащить? Неужели живой?
Пока я летел к Шасти, она всё тянула Нишая из огня, отклоняясь всем телом. Потом бросила горшок и стала выбирать верёвку руками!
Охотники ей помочь не могли. Услышав звук варгана, они собирались к брошенной катапульте. Надо было добить дракона.
— Шасти! — заорал я. — Держись! Я сейчас!
Эрлик зарычал, и я оглянулся.
Призраки огромных зверей неспеша спускались с неба. Они шли лениво, но целенаправленно. Решили, что Эрлик слаб и измотан. И больше не боялись его.
Мавик рявкнул, и сделал круг над пушистой тушкой Бурки, распластанной на камнях.
— Вниз! — скомандовал я.
Ладно, Шасти в порядке, а если Нишая не уберегла магия, то я всё равно ничем помочь не смогу. А Бурка…
Торопясь, я скатился с Мавика, не дав ему приземлиться толком. Волк тяжело плюхнулся на камни, а я кинулся к приятелю.
Волколак был цел, и сердце стучало довольно ровно.
Вот же свинёнок: ни тьмой его не пришибить, ни светом. У него и в самом деле была какая-то особая, чуждая и Эрлику, и Белой Сути магия.
Едва я привёл Бурку в чувство, как он вскочил на лапы и завыл.
Потерявшие его сородичи тут же объявились. К наследнику спикировали один за другим больше десятка диких. Их здорово потрепало, но отступать они не собирались.
Волки обнюхались, заскулили, переговариваясь. Но Шани — учитель Бурки — перекинулся в человека.
Наверное, из уважения ко мне, потому что заговорил он вежливо:
— Пришёл последний час Эрлика, человек Гэсар! — сказал он торжественно. — Раху — дух волка — спускается с гор к нам на помощь! Мы вернули старые клятвы! Мы будем биться вместе с духами! Уходите! Прячьтесь! Земля будет трястись от гнева духов! Вы не уцелеете, ведь крыльев у вас нет. Собирай своих, человек.
Я кивнул и позвал Мавика. Он заскулил — вымотался бедняга.
Тогда я заорал и замахал руками Ичину:
— Надо уходить.
Уводи людей!
Звук варгана показал, что он меня понял.
Для верности я крикнул, что надо уходить, и охотникам. Их уже довольно много собралось у катапульты. Они зарядили творение Истэчи здоровенным камнем и наблюдали, как духи приближаются к дракону.
Я поверил Шани — помнил, что может натворить в горах дух медведя. Но решил, что сначала найду Шасти, а потом поднимусь к Ичину и будем уводить наших.
Эрлик жалобно заревел, задирая безглазую морду.
