Лицо его исказила гримаса ненависти, что тут же сменилась лживой улыбкой.
— Это прекрасно! Вы с ним сможете снова привести род Инари к процветанию, а нашу богиню к силе и славе!
Тэймэй отступила на шаг от отца, неосознанно прикрывая руками живот. Чем дольше она вглядывалась в родные черты, тем сильнее убеждалась, это не её отец. Границы поляны размыло и заволокло туманом. Образ отца «поплыл», деформируясь и сползая.
— Распознала всё-таки, — отозвалась уже своим собственным голосом богиня Инари, сбрасывая остатки личины.
— Надо же, божественную иллюзию распознала, а всё из-за этого отродья у тебя в животе!
Богиня ходила кругами вокруг Тэймэй, с омерзением рассматривая её живот.
— И не сдох ведь, кровосос! — сказала, будто сплюнула Инари. — Нет, ты, конечно, молодец! Столько веры, как сегодня, мне не перепадало уже с полсотни лет. Последний раз твой отец так кормил меня на поле боя. Ты вся в него! Признаю, может быть, я и погорячилась, когда не дала тебе адамантовый перстень! Ты же хотела стать главой рода? Я согласна сменить перстень!
Тэймэй сделала ещё один маленький шажок назад, с опаской взирая на алчный взгляд богини, что не отрывался от живота иллюзионистки.
— Что ты хочешь взамен? — помня, что Инари ни разу не сделала ничего просто так, уточнила Тэймэй.
— Всего ничего. Ты же не хотела ребёнка от случайной связи? Вот мы и устраним сие досадное недоразумение! — богиня насквозь фальшиво улыбалась, отращивая на пальцах острейшие когти.
— Подберём тебе удобного мужа, получишь свободу, будешь мечом императора, как и твой отец! — Инари вся подобралась, будто готовясь к прыжку, — а это отродье будем считать моей ошибкой.
И богиня сорвалась с места, метя когтями в живот своей последовательнице.
Глава 5"
"Эрги вели своё победоносное шествие от воздушного порта в центр города. Над ними гордо развевался императорский штандарт. Видя представителей законной власти, остатки верных императору сил вливались под знамёна принца Есихито.
На площади перед императорским дворцом их встретила весьма живописная картина, состоящая из трупов, условно делящихся на две категории: с видимыми причинами смерти и как будто уснувших. Крови, что удивительно, вокруг не было.
Эрги с любопытством осматривали тела, а уж с каким удовольствием их осматривали сторонники императорской семьи, не передать словами. Некоторые даже не стеснялись пнуть погибшего врага.
