Если война будет всё-таки объявлена, и твой господин решит послать тебя во главе штурмовой группы в мою усадьбу, рекомендую выпить много слабительного. Просраться там, или ещё что-нибудь... И заодно взять больничный на это время.
Тут уж лицо у Прохора вытянулось, доставив мне удовольствие.
— Да что вы такое говорите?!
— Что я говорю? Я говорю простые и понятные вещи, которые, очевидно, спасут тебе жизнь. И первый подарок я сделаю тебе прямо сейчас.
— Какой подарок? — спросил Верёвкин.
— Я отпущу тебя живым, вместо того, чтобы прикончить.
Непроизвольно Верёвкин положил руку на эфес меча.
— Эй, здоровяк, полегче! — тут же отозвался Волк, поднимая ствол винтовки.
— Мы мирные парламентеры… — начал он.
— Ну да, мирные, которые притащили нам бомбу замедленного действия, — кивнул я на Василиска.
— Вы о чём? — удивился Прохор.
Я пристально на него посмотрел.
— Ты реально не знаешь… или прикидываешься?
Прохор недоуменно развел руками, а я не смог понять, как обстоят дела на самом деле.
— Решётка развалится примерно через двенадцать часов, — посмотрел я на часы.
— Это примерно около двух часов ночи, когда все будут спать. И артефактная маска исчезнет тогда же. И как ты думаешь, сколько неприятностей может принести эта тварь в два часа ночи внутри моей усадьбы?
Прохор недоуменно посмотрел на меня.
— Ну, я тебе спойлерну. Нисколько не сможет. Потому что я этого не допущу. Да и Василиск бракованный. Скажем так, переводя на человеческий язык, он сейчас в состоянии безумия.
А капсула, что находится у него в основании черепа, постепенно растворяется, чтобы примерно через двенадцать часов выплеснуть все свое содержимое, введя его в абсолютнейшее неистовство. Ну, и кроме материального боевого коктейля, кто-то поработал с этим зверьком на эфирном плане. Не знаешь кто, Прохор? — невинно поинтересовался я.
— Нет, — ответил он.
— Надеюсь, что это так, — хмыкнул я. — Поэтому покиньте мои машины, — я выделил слово «мои», и сзади довольно хрюкнул Волк. — И проследуйте пешочком.
Ваши «Акулы» вас заберут.
— Но… — начал Прохор.
— Молчать! — резко сказал я. — Ещё слово, и вы тоже останетесь здесь.
Я видел, как побагровело лицо Прохора.
— Великий Магистр, верно? Нет, если есть желание, то мы можем решить наш вопрос один на один, прямо здесь, при свидетелях. И тогда мои ребята отпустят вас отсюда целыми и невредимыми, и даже со своими вертолётами. И вы полетите, чтобы отрапортовать вашему хозяину, что решили вашу проблему.
