Кодекс Охотника XXXI

Видимо, он даже не понимает, что этим подписывает себе смертный приговор.

— Захлопнись! — взмахнул рукой Мудрейший и собеседника вдруг скрутила сильнейшая боль.

Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, как он это делает и противостоять этому эффекту.

— А теперь слушай меня! Я хочу, чтобы ты вернул долг! Тот долг, который ты давал мне на своем смертном одре, умоляя о пощаде.

Собеседник явно хотел что-то ответить, но не стал этого делать, наученный горьким опытом. Правда, Мудрейший во второй раз не смог бы повторить такой трюк.

— Долг… — повторил он слова Мудрейшего. — И правда, ты не изменился. Тогда ты уничтожил много моих сторонников и чуть не убил меня, а затем заставил дать тебе клятву жизни, пощадив меня. Сам бью и сам прощаю.

— Именно так. Не будь ты таким слабаком, тогда и не проиграл бы. Я взял ровно то, что мог, и сейчас будь добр, верни мне мой долг и я от тебя отстану, — Мудрейший юлил, не собираясь выполнять обещание.

После того, как Артас выполнит то, что нужно, Мудрейший от него не отстанет. Сделает своей послушной собачкой путем шантажа. Ведь задача простая, и чтобы не терять зря времени, он стал озвучил её.

Нужно найти всего лишь один мирок, в который, по его информации, любил захаживать Сандр, и организовать туда внезапное вторжение. Действовать резко и дерзко, да так, чтобы смертей было как можно больше, а затем бежать… Быстро и далеко бежать.

Должнику такой расклад не понравился, но клятва была дана и ему пришлось подчиниться.

— И запомни… Скрыться ты должен на Костяном Мысе. Мне плевать, как ты это сделаешь, но именно там. И никто из стражей Костяного Скульптора не должен узнать о тебе. Если нужно, стань опять человеком, чтобы тебя не раскрыли, но сделай! — давал он последние наставления.

То, что он, скорее всего, погибнет, Мудрейший умолчал. Ведь с одной стороны — будут Охотники, а с другой — Костяной Скульптор, которому не понравится, если на один из его торговых миров выйдут Охотники.

А чтобы затереть следы, он сегодня же попросит Неназываемого послать несколько Эмиссаров на разведку, которых сразу же заметят стражи Скульптора.

Такая вот она… Божественная дружба.

Прошли ровно сутки и и только тогда Уокер освободил Волчару.

Он сейчас стоял передо мной и тяжело дышал, словно не понимая, где небо, а где земля.