Королевская кровь 10. Стальные небеса

Он не допил еще чай, как птичья фигурка — с запрокинутой головой, тщательно вырезанными хохолком, и перышками, и крошечными глазками, — как и флейта, были готовы. Старик передал Вею птичку, подул в инструмент, убирая стружку, и несколько минут полировал его мягкой тряпочкой, смоченной в масле и лимонном соке. Попробовал звук и протянул Вею.

Вей, спрятав фигурку в карман, набрал воздуха, поднес флейту к губам — и отозвалась она звонким тонким переливом, от которого с деревьев сорвались стаи пестрых тропических птичек.

Попробовал он наиграть старую протяжную йеллоувиньскую мелодию, приветствие утру, — и стали распахиваться двери, а соседи выглядывать из окон и выходить из домов.

— Эй, Амфат, — грозно закричала какая-то женщина, широкая в талии и в пестром платье. — Чего спать не даете?

— Да зачем тебе спать, Луса, — так же во всю мощь загорлопанил дед, — смотри, какое утро. Так весь базар проспишь.

Люди просыпались, люди перекрикивались — за несколько минут улица заполнилась народом.

Побрели куда-то ослики, закричали продавцы молока и овощей, поехала телега мусорщика. Вей поднялся. Старик смотрел на него снизу слезящимися глазами и улыбался.

— Успеешь хоть туда, куда торопишься, внучок? — спросил он. — А то смотри, тут за углом новый торговец из Йеллоувиня приехал на авто-мо-би-ле. Он мне не откажет, довезет тебя до границы.

— Спасибо тебе, феби Амфат, — сказал Вей Ши вежливо и нетерпеливо. — Но не нужно. У меня быстрые лап… я быстро бегаю. Быстрее автомобиля.

Я пойду. Тебе помощника дадут, ты не переживай, один не останешься.

— Эх дурной ты, эфенби, — покачал головой дед. — Иди уж, иди. И смотри, чтобы вернулся. Чтобы вернулся.

Вей уже отошел шагов на сто, а все слышал, как Амфат, то смеясь, то настаивая, что-то ободряющее кричал ему вслед.

У ворот дворца Владыки все так же толпился народ, пусть поменьше его было, чем накануне вечером. Наследник прошел мимо охранников и, поймав первого попавшегося слугу, попросил позвать жену Владыки.

— Спит хозяйка-то еще, — буркнул слуга, — думаешь, ради тебя вставать будет?

Вей Ши подавил раздражение — чтобы не искать потом другого посыльного — и почти вежливо попросил:

— Скажи ее малитам, чтобы разбудили. А вставать или нет, ты за нее не решай.

Слуга помялся, оглядывая ученика: то ли выгнал его Владыка, то ли нет, то ли наказан он, то ли, наоборот, дорогой гость, — и, решив, что не ему в этом разбираться, недовольно кивнул и пошел к дворцу.