Королевская кровь-12. Часть 2 (СИ)

Не суетись. Сначала одно, потом другое.

Ситория на груди ощущалась как кусок льда. Щит слетел при переходе, и она, на мгновение ощутив себя голой и уязвимой, почти панически двинула руками, чтобы поставить его.

И он появился. Ани выдохнула и вернула себе концентрацию.

Она отошла от портала шагов на двадцать и оглянулась. Да, вокруг нее замкнули окружение — из дымки появился шедший за ней отряд на охонгах.

— Что теперь? — спросила она у вестника, когда он приблизился.

— Теперь ждать, колдунья, — ответил он, вглядываясь куда-то в сторону.

В тишине, прерываемой звуками далекого боя и визгом охонгов, под взглядами сотен глаз и сотен направленных на нее единиц оружия, Ангелина стояла недолго.

Справа показалась стая раньяров со всадниками. Единственного красноволосого человека среди них она увидела сразу, и в груди словно лопнуло что-то. Сердце забилось, получив дозу адреналина, и она ощутила, как подрагивает ее рука, которую она положила на мешочек с камнями.

Нории тоже увидел ее. Она уверена была в этом, хотя он был еще очень далеко.

Раньяры подлетели близко, так близко, что могли бы опуститься перед первой линией патрулей, шагах в тридцати от нее. Ани смотрела на Нории — а на затылке короткие волосы поднимались от напряжения, — она смотрела и ощущала всех, кто сейчас находится вокруг, кто готов броситься на нее. И тут он поднял голову и взглянул на нее. И столько было в этом взгляде и любви, и страха за нее, и вины, и ярости, что напряжение ее мгновенно взвинтилось до предела, а в ушах застучала кровь — словно обратный отсчет до взрыва.

Раньяр, зависший на уровне трехэтажного дома, стал опускаться. Вестник сделал к нему несколько шагов.

Она замерла. Только бы не дернуться раньше времени, не помешать. Горло пересохло, гулко билось сердце.

И тут она краем глаза увидела еще одну стаю, с бешеной скоростью несущуюся оттуда же, откуда прилетела первая.

12.40 по времени Тафии

Сила, полученная от Матери, таяла по капле — но Нории все еще хватало ее, чтобы удерживать в спокойствии и сочувствии людей вокруг.

От ставки Тмир-вана лететь было не больше десяти минут. Нории издалека заметил Ангелину, маленькую, отчего-то коротко стриженую, как всегда прямую, стойкую, и задышал чаще от плеснувшей в крови паники — вдруг не вывезет, не защитит ее, — замешанной на гордости, на тихой нежности, на удивлении от того, что эта невероятная женщина все же оказалась рядом с ним.