Мы имеем право жить по заветам и традициям наших предков. Это право дано роду Брайтов самим королём.
Только я хотела помянуть недобрым словом Георга, как выяснилось, что опростоволосился не он, а кто-то из венценосных предков.
Сами же Брайты оказались кем-то вроде малой народности, живущей на этих территориях испокон веков. Государство признавало их местечковые обряды и традиции, одна из которых разрешала насильственные браки.
То есть конкретно Брайтам моё согласие не требовалось! Их священник мог обвенчать и так.
– Герцогиня Сонтор вам этого не простит, – выдохнула я.
– У нашего клана есть право, и оно законно, – повторил Рик. – К тому же мы не претендуем на имущество семьи Сонтор.
Угу, знаю как не претендуете. В карете слышала.
Я заломила бровь, а Рик скользнул взглядом по моей груди и выскочившему из декольте рубину.
– При бракосочетании роду Брайт переходит лишь то имущество, что одето в этот момент на невесте.
Так вот из-за чего сыр-бор.
Про всю мою ювелирку граф, конечно, знать не мог, зато рубин секретом не являлся.
Вспомнилось как вспыхнули глаза Рика на той, самой первой тренировке. Заодно подумалось – я видимо не представляю всей ценности этого предмета, раз ради обладания им клан дикарей решился перечить королю.
А ещё стало очень страшно. Просто Брайты не шутили, я и сама уже успела познакомиться с кое-какими законами Эстраола…
Меня сейчас в самом деле могут выдать замуж. И действительно может случиться так, что Филиния не сумеет этот обряд отменить.
С другой стороны, я ведь могу развестись? Или… стать вдовой?
– Хватит, – оборвал нервный разговор дядя.
Он был тут за старшего, хотя титула не носил и, как поняла, вообще не наследовал.
Задрав подбородок и повернув голову к небольшой, расположенной в отдалении дверце, этот неприятный тип крикнул:
– Святой отец! Пора!
Но из каморки вышел кое-кто другой…
Дверь лязгнула. Слишком узкий каменный косяк треснул, встретившись с широченными плечами его величества Георга. Лицо короля было, мягко говоря, зловещим! А в открывшемся проходе храмового помещения дёргал ногой лежащий на полу человек.
Кажется, «святому отцу» не повезло. Впрочем, я ему не сочувствовала. Резко побледневшей разукрашенной под викингов компании Брайтов – тоже.
Я испытывала этакое длительное и очень приятное облегчение.
Ну а Георг…
– Как мило, – процедил так, что даже мне захотелось присесть. – Какая поразительная верность традициям.
– Ваше величество, – посиневшими губами прошептал Рик.
