Зато мои полудохлые спутники оживились. Ходить им было ещё сложно, поэтому к проёму они… поползли.
Глядя на них, я застонала опять, а Джим сказал:
– Марго, хватит нудеть. Знаешь, возникла у меня одна догадка.
Я не поняла, зато Псих…
– Ты думаешь о том же, о чём и я?
Ботаник хмыкнул.
– Так. Что происходит? – я опять не выдержала.
– Ничего особенного, детка, – предвкушающе отозвался портальщик. – Просто есть подозрение, что мы отыскали один легендарный клад.
Глава 25
Клад? В этой невероятной дыре? Впрочем, после встречи с таким «сторожевым псом», всё возможно.
Но я не пошла. Вместо этого прижала ладонь к полу и, наконец, позвала мысленно:
«Зора? Зора, милая, ты меня слышишь? Ты очень мне нужна».
Едва парни исчезли в проёме, повторила уже шёпотом:
– Зора. Приди, если можешь.
Сказала и замерла, ожидая появления чёрной кляксы. Но мгновенного отклика, конечно, не последовало. Зато из проёма донеслось приглушённое и восторженное:
– Ого!
Любопытство сделало стойку, уподобившись гончей, а мои спутники…
– Это не «ого», – заявил Псих.
– Это ого-го-го! Ботаник, нет, ну ты представляешь?!
И уже мне:
– Марго, хватит рассиживаться. Ты обязана взглянуть!
Обязана?
Я не послушалась. Поморщившись, потянулась к висевшему на шее кулону леди Мирры. Решила всё-таки попробовать подать сигнал, но в последний момент передумала. Опасность нам больше не угрожает, а значит и с вызовом можно подождать.
В следующий миг случилось сразу два события: Псих снова позвал по имени, а МикВой заорал, да так, что я подскочила и, перехватив шпагу Вейзов, ринулась к проёму.
Вскарабкалась на перекрывавшую проход тушу, потом нырнула и скатилась по застывшему желеобразному телу. Уже тут, очутившись во втором зале, обнаружила, что опасности нет.
Второй зал точь-в-точь напоминал первый, но соль не в этом. Я увидела скачущего, трясущего рукой Джима и замершего в отдалении Храфса. А ещё здесь имелось громадное, ростом с меня, золотое яйцо.
Яйцо было рукотворным, состоящим из множества пластин, и на нём имелись узоры, похожие на гравировку на запиравшей этот тайник «печати».
Конечно, я сразу попятилась! Вдруг в этом яйце новый монстр?
Одновременно поймала себя на знакомом ощущении – блестящий кокон манил, и сильно. Почти нестерпимо!
Храфс разгадал мои мысли, сказал:
– Не волнуйся, там нет никакой дряни. Это клад, Марго. Совершенно точно. По легенде, первый ректор нашей Академии спрятал в стенах этого замка невероятное богатство.
– Зачем спрятал? – не поняла я.
