Но тогда, на том поле, осталось в бездвижности очень много великолепных магов. И пусть говорить о семенах дара не принято, но я знал, что вернулись далеко не все.
Семя дара моего отца тоже не возвратилось. Впервые в истории рода Эстрил!
Не помню когда и зачем рассказал об этом Диридию, но король Откейма посочувствовал. Мне было шестнадцать. Я был потерян, а Диридий поддержал. Дитрих тоже оказал тогда ощутимую поддержку.
А я… невзирая на великодушие, которое взращивала во мне мать, очень злился. Злился тому, что войско откеймцев практически не пострадало.
Их берегли для финального удара, держали в тылу, а когда момент настал, что-то пошло не так. То ли блокирующий полог, не позволивший их полководцам услышать сигнал, то ли какая-то другая блокирующая магия…
Так и не разобрались в итоге. Какое-то время я злился и даже ненавидел, при этом ненавидел и самого себя – ведь монархи Откейма относились ко мне со всей теплотой. Я чувствовал себя неблагодарным ребёнком, не способным испытывать правильные эмоции.
Сложный был период. Я порадовался, когда он прошёл – когда я осознал, что ненависть бесполезна, а Откейм не виноват.
С тех пор союзные отношения с Откеймом стали крепче.
И пусть нельзя мешать политику с личным, но сейчас, после откровений леди Марианны, чаша весов немного качнулась. Вон, даже старая обида вылезла. Зря. Точно зря.
Мысли о Диридии и Дитрихе я усилием воли отодвинул. А вот не думать о семенах дара, которые почему-то не возвратились в семьи, не получалось.
После той битвы их было слишком много. Слишком!
Но может и это совпадение?
А если нет?
Аж голова заболела. От полноценной мигрени спас всё тот же секретарь – он заглянул в кабинет спустя примерно час. Принёс пухлую папку – досье на артефактора.
Закономерно. Досье на фигуры такого масштаба и влияния как приближённый короля принято собирать заранее, вот службы Эстраола и старались. Впрочем, я не надеялся найти что-то ценное. Будь в досье некие провокационные сведения, мне бы уже доложили.
Особенно после результатов по кокону. Уверен, за последние часы содержимое папки перечитали несколько раз."
"На результат не надеялся, но всё равно вернулся за стол, открыл бумаги и принялся отсматривать. А спустя четверть часа застыл, вглядываясь в одну короткую, непримечательную на первый взгляд строчку.
– Та-ак, – произнёс тихо и вслух. – Та-ак…
Отодвинулся.
Затем опять склонился над бумагой и, подумав, пришёл к выводу – мне нужно в Академию.
