Только не к любимой адептке, а к её поразительно умной подруге. Мне нужна Зора. И прямо сейчас.
Глава 17
Маргарита
Невероятно, но вдруг выяснилось, что Георг умеет быть совершенно нормальным. Не шипящим, не рычащим, не норовящим завалить на своих семинарах всех адептов, начиная с меня.
Просто лапочка какой-то! Спокойный, уравновешенный, рассудительный, в меру строгий и в меру внимательный. Не тиран, а… вот даже название подобрать сложно.
Король стал нормальным! И в первые пару дней это пугало. Потом началась стадия отрицания, причём коллективная, а в конце учебной недели МикВой задал сакраментальный вопрос:
– Марго, что ты с ним сделала?
– А почему сразу я?
Я возмутилась, но ощущение собственной причастности всё же имелось.
Даже при том, что с момента бала мы практически не общались – Георг не спешил ко мне подходить, а я тем более держалась в стороне.
Проживала собственные чувства. Пыталась решить, что делать с такой внезапной и не очень-то желанной любовью. Броситься к нему на шею? Попроситься замуж?
Но как же в таком случае учёба? Я не хотела, да и не собиралась оставлять Академию ради мужчины.
Просто мужчины приходят и уходят, а высшее образование остаётся навсегда.
Был ещё один вариант, но, конечно, бредовый. Избавиться. Вылечиться от этого чувства ну хоть как-нибудь.
Зачем? А затем. Затем, что мне рано начинать серьёзные отношения, а быть королевой – очень трудно. Гораздо сложнее, чем оставаться наследницей герцогства под заботливым бабушкиным крылом.
Да и мало ли других причин? Если включить фантазию, можно насочинять вагон!
Что не нравилось больше всего – сладкий розовый туман, который заволакивал мозг всякий раз, когда вспоминала о Георге.
И если на людях я ещё держалась, то, когда оставалась в одиночестве, начинался полный мрак.
Улыбка идиотки приклеивалась к лицу и держалась на губах до самого вечера. Да что там вечер – я улыбалась даже во сне! Так, что и утром щёки болели.
– У-у-у, как же я влипла, – жаловалась я блудному коту, который окончательно и бесповоротно отжал у меня телепортационную бляшку и теперь каждый вечер мотался во дворец к своей Фиалке.
Туда телепортацией, а обратно – пешком. Через весь город, с бляшкой в зубах.
Ещё была мама, которая писала письма. Причём в первый раз это письмо доставил не обычный посыльный, а варварского вида здоровяк.
Биормец. Когда он подошёл к решётке ворот, все неприметные мужчины в штатском сильно напрягались, а я несказанно обрадовалась.
