Если документы оформлены правильно, то этот некто будет обладать всеми правами кровного родственника. Всё тоже самое, разве что магии у нас нет.
— Пробуй, Маргарита, — Филиния указала на меч. — Заодно и проверим.
Сглотнув, я сделала шаг к камню, встала на выбитую в нём ступеньку и схватилась за рукоять. Секунда, и клинок замерцал.
С испугу я попыталась разжать пальцы, бросить шпагу, но ладонь словно приклеилась, а тусклое мерцание превратилось в яркое свечение, окутавшее всю шпагу. Прямо какой-то священный ореол.
— Дёргай! — рявкнула Филиния, и я подчинилась, только клинок не поддался.
Зато со стороны входа донеслось изумлённое, произнесённое женским голосом:
— Ну надо же…
А?
Повернувшись, я увидела роскошно одетую женщину. Черты её лица показались знакомыми, и я нахмурилась.
Филиния тем временем нервно вздохнула и присела в глубоком реверансе. Ещё секунда, и я услышала то, что мне совсем не понравилось:
— Ваше величество! — бабушка воскликнула громко и даже слишком внятно. — Королева-мать собственной персоной? Какая невероятная встреча!
«Да вашу ж… мать,» — мысленно простонала я.
Всё. Свечение погасло, рука отлепилась. Я пошатнулась и едва не упала с уступа, а леди сделала несколько плавных шагов вперёд. За её спиной обнаружился высокий широкоплечий брюнет. Симпатичный, но с поломанным носом — видимо телохранитель.
На меня мужчина уставился предельно внимательно, а королева сосредоточилась на Филинии.
— Герцогиня Сонтор? — риторически вопросила она. — Встреча поистине невероятна.
Вы ведь сидите затворницей в собственном замке, разве не так?
— Всё верно, леди Мирра, но я поняла, что затворничество пора прекратить.
Филиния присела в новом глубоком реверансе, а я наконец справилась со ступенькой-уступкой и вернулась на землю. Замерла позади герцогини этаким растерянным тушканчиком. Что делать? Что говорить?
Королева-мать посмотрела на герцогиню, на меня, опять на герцогиню, и…
— Позвольте представить вам мою внучку, — верно истолковала намёк Филиния. — Маргарита!
Пришлось шагнуть вперёд и присесть, старательно копируя движения бабушки.
Получилось не очень. Опять криво, зато вполне глубоко.
Ещё я догадалась опустить голову и заняться разглядыванием пола.
Замерев в этой дико неудобной позе, я искренне пожелала Георгу зла. Чтоб он… Да чтоб его… Чтоб ему пусто было! Вот!
— Внучка? — переспросила леди Мирра удивлённо.
Но я сердцем чуяла, что о моём появлении королева уже знает. Что всё её удивление лишь притворство.
