Взяв Цзянь обеими руками, я также не стою на месте.
Не успевает и моргнуть Ульрих, как я уклоняюсь влево, пропуская врага мимо себя.
А когда он проносится рядом, подбиваю ударом под колено опорную ногу.
Ульриху едва удаётся удержать равновесие.
Он встаёт напротив меня, теперь уже в защитную стойку.
Окружающие ревут, думая, что мне повезло. Но ярл, стоявший напротив меня, понимает, что увернулся я за счёт куда более высоких, чем у него характеристик.
И он осознаёт, что бой не будет лёгким.
Какое-то время мы кружим друг против друга, пока он не решается на новую атаку.
Снова замахнувшись щитом, он пытается отвлечь меня, чтобы нанести точный укол мечом.
Вместо того, чтобы уклониться и закрыться, я сам бью плечом в его щит, вкладывая в удар дополнительную силу.
Воин ухает, щит впечатывается ему в грудь, тем самым прижимая правую руку. Мечом Ульрих пробует меня задеть, но я отвожу неуклюжий замах цзянем.
Пяткой наступаю на стопу мужчины. Тот шипит, делает шаг назад, второй.
Чувствуя его неуверенность, я снова перехватываю меч двумя руками и начинаю рубить его щит.
Ульрих прячет голову за щитом, ожидая удачной возможности. Но её не наступает.
Приподняв голову над кромкой щита, викинг запоздало осознаёт, что я уже замахиваюсь цзянем сверху.
Бах.
Лезвие глубоко вонзается верхнюю часть щита, едва не разрубив тот напополам.
Толпа зрителей ликует. Народу, как и всегда, хочется хлеба и зрелищ.
Хлеба сейчас у каждого в излишке, а вот зрелище… уже обязаны предоставить я и мой противник.
— Ха! — поняв, что я временно оказываюсь безоружен, Ульрих на выдохе совершает укол.
Лишь в последний миг мне удаётся вытащить цзянь из щита и отбить атаку.
Я использую своё преимущество в силе и продолжаю рубить его щит.
С изделием спартанских оружейников подобное не получилось бы, но здесь верны традициям, а значит блокировать удары можно только металлическим умбоном. Остальная же поверхность способна защитить разве что от стрел.
Удар!
И щит Ульриха надрывно скрипит, разлетаясь в щепки.
А я уже атакую ошеломлённого воина.
Он пытается парировать мои удары мечом, но чувствуется, что такой стиль боя ему непривычен. Так что мне легко удаётся отвлечь его и сбить с ног подсечкой.
Дальше удар, и его клинок летит в сторону.
А мой оказывается возле его горла.
— Думаю, исход всём и так ясен, — провозглашает Сокол. — А теперь убей его, ярл Алекс. Имущество Ульриха станет твоим, а его люди станут служить тебе.
Я медлю, и Ульрих это понимает.
