– Вы не желаете признаться, что нагородили горы вранья? Не желаете, хоть этим могли бы спасти любимую, как вы уверяете, женщину?
В другом конце комнаты тихонько хихикнул мосье Гороя. Следователь укоризненным взглядом призвал его к порядку; сам же следователь обошел стол мелкими грозными шажками, подошел к Тоби и принялся его разглядывать с близкого расстояния.
– Итак, мосье? – произнес мосье Вотур.
Тоби вскочил, отшвырнув стул с такой силой, что тот повалился на бок.
– Горы вранья? – пролепетал он.
– Поговорив по телефону с миссис Нил, – сказал Дермот, – вы якобы поднялись наверх и, проходя мимо кабинета вашего отца, увидели свет под дверью.
Тут вмешался мосье Горон.
– Вчера мы с доктором Кинросом поднялись в кабинет, – объяснил префект своим слушателям, – посмотрев на дверь, доктор удивился. Тогда я не понял почему. Знаете, как–то пропускаешь такие мелочи. Но теперь я понимаю. Эта дверь – вы ведь ее помните? – очень тяжелая и так плотно пригнана, что с трудом идет по ворсу ковра.
Он умолк. Движением руки – вперед и обратно – он показал, как открывается дверь.
– Заметить под ней свет никоим образом невозможно. – И после паузы мосье Горон добавил: – Но это не единственная ложь, допущенная мосье Лоузом."
"– Да, – подтвердил следователь. – По–видимому, нелишне вспомнить и о двух ожерельях?
Дермота Кинроса в отличие от них не веселило щелканье захлопнувшегося капкана. Загнав человека в угол, он не испытывал радости. Но в ответ на вопросительный взгляд Евы он кивнул.
– Значит, в коричневых перчатках… – почти крикнула Ева.
– Да, – сказал Дермот. – В них был ваш жених, Тоби Лоуз.
Глава 19
– История эта не новая, – продолжал Дермот. – У него имеется подружка по имени Прю Латур, сестра столь помогшей следствию Иветы. Мадемуазель Прю требует дорогих подарков. Она грозит скандалом. А жалованье у него невелико. Потому–то он и решился украсть бирюзовое с бриллиантами ожерелье из коллекции своего отца.
– Ни за что не поверю, – сказала Елена; ее громкая одышка напоминала рыдания.
Дермот призадумался.
– Ну, может, «украсть» – слишком сильно сказано. Очевидно, сам он, когда обретет дар речи, скажет, что не хотел никому причинять зла. Он хотел подсунуть на место колье имитацию, так что отец ничего бы не заметил, и таким образом взять его как бы взаймы, чтоб задобрить Прю до поры, пока он сможет от нее откупиться.
Дермот вернулся к столу следователя и взял в руки оба ожерелья.
