Когда я отпер выдвижной ящик стола, достал отчет и протянул его Кристи, он засунул бумаги в карман, даже не взглянув на них.
Я приподнял брови.
— Тебя не интересует, что там написано?
— В машине прочитаю. Ты едешь со мной!
— Вот как? И куда?
— Пит Редер хочет с тобой потолковать.
— Что ж, я тут у себя и, как ты справедливо подметил, работаю в одиночку. Я должен сидеть здесь, черт побери.
Кристи набычился.
— Слушай, Гудвин, мне велено к четырем часам доставить тебя к Питу. Сейчас уже без пяти три.
Я жду тебя почти полчаса. Едем! Спорить можешь по дороге.
Пока он сотрясал воздух, я стал препираться в удвоенном темпе, тянуть время, чтобы выяснить, что они затевают. Тоже было не слишком разумно. Я снова достал ключи, отомкнул нижний ящик, скинул пиджак, вытащил наплечную кобуру, нацепил ее и извернулся штопором, норовя дотянуться до застежки.
— Это для чего?.. — полюбопытствовал Кристи.
— Привычка, — перебил я. — Однажды я вышел из дома, позабыв ее, а в лифте какой-то хам наступил мне на мозоль.
Пришлось перерезать ему глотку. Если мы и впрямь торопимся, то я готов.
Мы вышли. Внизу, у тротуара, как я мимоходом подметил (тоже привычка), нас поджидал темно-синий «олдсмобиль», седан пятидесятого года выпуска, за рулем которого сидел жизнерадостный на вид молокосос с широким ртом и без шляпы. Когда мы с Кристи залезли на заднее сиденье, юнец с любопытством посмотрел на меня, по ничего не сказал. Как только дверца захлопнулась, мотор взревел и седан рванулся с места.
"
"«Олдсмобиль» пятидесятого года — единственная машина из имеющихся в свободной продаже, которая способна выжимать более ста десяти миль, мы же тащились со скоростью вдвое меньшей по Вестсайдскому шоссе, затем вдоль Сомилл-Ривер и по Тейконик-стейт. Юнец оказался осмотрительным, умелым и аккуратным водителем. По дороге мы почти не общались. Когда Кристи достал из кармана отчет и принялся его изучать, я сперва ощутил облегчение, поскольку вряд ли их интересовали бы последние слова приговоренного к смерти, но потом, пораскинув мозгами, я пришел к выводу, что это вовсе ничего не значит, так как Кристи может искать дополнительные улики для обвинения против меня.
Сделалось не по себе.
Стоял прекрасный, не слишком жаркий солнечный день, и все вокруг казалось очень привлекательным. Я не терял, однако, надежды увидеть еще немало таких деньков, неважно где — в городе или в деревне, хотя предпочел бы город.
