Мне Рома поможет. Как хозяин. А я все потом приберу…
— Только много ему не позволяй! — строго сверкнула глазами в мою сторону Полина и быстро отвернулась, потому что, похоже, потекла еще сильнее.
— Конечно-конечно, — понятливо закивала белокурая красотка, — я все поняла.
Вполне удовлетворившись этим ответом, именинница чуть ли не вприпрыжку поднялась к себе — удовлетворяться чем-то другим. Мы же свернули на кухню.
— И чего хочешь поесть? — спросил я, останавливаясь у холодильника.
— Вина, — наше божество приземлилось за стол с таким видом, словно тут была еще одна барная стойка.
— Вино у вас есть поесть?
После недавней попойки Полины с подружками его осталось не так много, но все же одну нетронутую бутылочку я нашел. Достал два бокала, разлил по ним терпкую ярко-красную жидкость — побольше ей, поменьше себе — и подвинул один из них Марианке. Итак, я, она, вино — какой по счету дубль? Надеюсь, на этот раз финал будет лучше.
— Хочешь меня напоить? — лукаво прищурилась кокетка.
— Даже в мыслях не было.
— Тогда тебе побольше, — пальчики с ангельскими ноготками ловко поменяли бокалы. — Проверим твой потенциал.
Тянуло на тост, так что мы чокнулись и пригубили.
— А не боишься? — хмыкнул я, ощущая, как сладкая горечь растекается по языку. — По мнению некоторых, когда я пьян, я опасен.
— Что, прямо так возьмешь и набросишься? — отозвалась собеседница, беспечно потягивая вино.
— Могу и в комнату к тебе ночью завалиться.
С таким-то потенциалом, — я сделал еще глоток.
— О, ты и на такое способен, — усмехнулась Марианка и снова спрятала губки за стеклянными стенками. — А не боишься, — голубые глаза взглянули на меня еще лукавее, — что я к тебе?
— А сколько тебе для этого надо выпить?
Хрустальная ножка ее бокала с легким звоном приземлилась на стол.
— Не так много, как тебе кажется…
Она смотрела на меня, я на нее, любуясь тем, как искрятся ее глаза. Понятно ведь, что речь совсем не про вино.
Чувствуя, как меня приятно повело, я потянулся к ней — чтобы найти еще больше приятного.
— Упс!..
В который раз эта демоница ловко увернулась, дав мне поцеловать лишь щеку. Я уже порядком устал пролетать мимо цели — ей же явно нравилось меня обламывать.
— Кстати, а я до сих пор храню твое голосовое, — продолжала дразнить кокетка. — Переслушиваю, когда плохое настроение.
— Чем переслушивать, взяла бы лучше и пришла.
