Он чуть хмурится, не понимая, почему я до сих пор не сдаюсь. А я... сдаваться не намерена. Не в этот раз.
У папы ходят желваки, он поднимается с плетеного стула, пытаясь добавить взгляду значимость своим солидным ростом, но... это не действует. На меня это не действует — осознание этого отражается на лице легкой улыбкой.
— Когда-нибудь моей руки должны были попросить. Лучше Арена кандидата не найти.
— Я должен был познакомиться с ним раньше, чем дело дойдет до предложения, должен был проверить. В конце концов, он может тебе не подходить, чего ты не понимаешь в силу возраста и отсутствия опыта.
Предложение тебе должен делать человек, которого я хорошо знаю и одобрил, а не непонятно кто.
«Так представителей рода Аранских даже Фламиры не оскорбляли», — мысленно вставляет Арен.
— Он не непонятно кто, — сердито возражаю я. — И ты мог бы проявить уважение к моему избраннику, ко мне, моему выбору.
— Ты еще слишком маленькая, чтобы самостоятельно принимать подобные решения. Ты девушка, чувства затмевают твой разум.
А мужской шовинизм затмевают твой разума, папа! Но я пришла не ссориться, а мириться, так что отвечаю иначе:
— А у тебя профдеформация, которая мешает тебе воспринимать остальных не как потенциальный источник проблем. Ты ничего не знаешь об Арене, но сразу подозреваешь худшее.
— Именно потому, что не знаю.
— Зато знаю я.
— И что ты о нем знаешь? То, что он захотел тебе рассказать и показать? А вдруг он женат, судим, находится под следствием или состоит на учете у психиатра?
— Еще спроси, нет ли у него просроченных штрафов за переход дороги в неположенном месте.
— И это бы тоже узнать не мешало! — сердито отзывается папа. — Ты хоть представляешь, сколько влюбленных дурочек попадают в рабство, к террористам или погибают в муках лишь потому, что доверились не тому мужчине?
На этот раз Арен смолчать не может:
— Лера — моя жизнь, я ее в обиду не дам. Хотя она и сама... девочка с коготками, может за себя постоять так, что врага потом по кусочкам не соберешь.
От неожиданности папа разворачивается и изумленно смотрит на него. Хм, получается, в гляделки я впервые выиграла, хоть и почти нечестным путем.
— Что вы сказали, молодой человек?
Арен поднимается, смотрит на папу, едва сдерживая желание ответить надменностью и грозным драконьим видом на дерзость моего отца.
— Я сказал, что Лера все для меня, и я буду ее защищать. Но она не слабая маленькая девочка и вполне может за себя постоять.
