Мы всех побеждаем, Вильгетту спасаем… хороший такой план, оптимистичный.
***
До места остановки и сверки направления мы летим дольше, чем в тот раз, когда искали Тордоса. В конце концов, Арен, кажется, сбавляет скорость, чтобы поравняться с Элоранарром. Ника обнимает его шею, уткнувшись в чешуйчатый загривок лицом, а придерживающая её Риэль лишь чуть наклоняется вперёд. Но ей и не страшно: если свалится – телепортируется или расправит собственные крылья.
Золото вспыхивает в лучах солнца, юркие тени драконов скользят по полям, рекам и городам.
Арен и Элоранарр время от времени переглядываются, чуть резвее работают крыльями, вырываясь вперёд, и вновь переходят на спокойный полёт. И снова состязаются в скорости.
А я, наоборот, всё больше тревожусь за Вильгетту, да и за Нику тоже: она же не шевелится и будто не дышит…
Чуть не долетев до медно сверкающей реки, Арен и Элоранарр, наконец, начинают снижение над полями в россыпи белых и жёлтых цветов. Сладко-травяной аромат волной поднимается с земли, и оба дракона приземляются, взрыв когтями землю и подняв крыльями потоки ветра с жёлтыми и белыми искорками лепестков.
Эти маленькие трепещущее лепестки ещё кружат в воздухе, когда с ураганом зелёной магии между гигантскими драконами появляется Дарион. Он свободной рукой прикрывается от солнца, бьющего ему в лицо как раз между драконьих морд. В другой его руке – сложенный лист бумаги с водяными знаками.
– Появилась новая информация о Вильгетте.
Арен медленно обращается в человека, и прежде, чем я окончательно соскальзываю с его плеч, успевает поцеловать моё запястье.
Риэль, поднявшись на спине Элоранарра, подхватывает намного более крупную, чем она, Нику под мышку и спрыгивает в шелестящую траву.
– Скажите, что мы никуда больше не полетим, а? – Ника умоляюще смотрит на меня, и я бросаюсь к ней, обнимаю за плечи, но обещания дать не могу.
Превратившись в человека, Элоранарр потягивается:
– Давай, рассказывай, не томи.
Хотя я тоже очень хочу услышать известие о Вильгетте, краем сознания отмечаю, что после полёта Элоранарр выглядит намного спокойнее и добродушнее.
А ведь он до отбора был заперт в человеческом теле, возможно, это не лучшим образом сказывалось на его психике.
Дарион расправляет лист с водяными знаками, и оказывается, что в него вложен ещё один.
– Вскоре после вашего вылета во дворец прилетело послание от главы рода Кофран – отца Вильгетты. – На голову Дариона приземляется жёлтый лепесточек.
