Последний реанорец. Том XI

Большим таким размахом. Услышав такое высказывание, тот невольно споткнулся на ровном месте, на лице у него отобразился весь спектр эмоций от злости до страха, и резко обернувшись в мою сторону, наместник ожег меня яростным и в то же время напуганным взором. Сама же Алеста от нахлынувшего ужаса вжалась в спинку постели и заскулила еще протяжнее.

— Только посмей! — зашипел негодующе он. — И я те…

Слова британца так и застряли в его горле, а до окна этой ночью дойти ему было уже не суждено, потому как наполненные холодом и яростью слова переросли в краткий сдавленный вопль и тяжелое пыхтение.

Вспышка свирепой молнии на крошечную долю вдоха озарила императорские покои. Сформировавшаяся в руках потрескивающая стихийная игла расчертила расстояние между нами и проделала в боку наместника отвратную рану размером с бильярдный шар, отчего тот пошатнулся и припал на одно колено, а в воздухе мгновенно засмердело палённой плотью и кровью. И сопровождалось всё это краткое противостояние неутихающими визгами императрицы.

— Умолкни, пока не прикончил!

Истеричные вопли Алесты моментально стали затихать и пару секунд спустя преобразились в приглушенные всхлипы, а я обратил свой взгляд на наместника, который начал медленно подниматься с пола, попутно с этим зажимая кровоточащую рану рукой и испепеляя меня злобными глазами.

Да, с эфиром шутки плохи.

— Неприятно, не правда ли, Карлайл? — прошептал я подобно змею, поднимаясь с кресла и вальяжной походкой шагая в сторону постели. — Паршиво, когда пытаются посягнуть на твоё.

— Не смей… — пропыхтел он, вновь спотыкаясь на том же месте, ведь эфир уже начал буйствовать в теле наместника, не давая ему собрать свою силу воедино и высвободить ауру повелителя наружу. — Не надо… Она же… она же ни в чём не виновата!

От столь омерзительных слов движения мои мгновенно застопорились, тело резко обернулось в сторону Карлайла, а где-то в груди стали разгораться угли ярости и безумия.

— Ч-что?! Что ты сейчас сказал, падаль? — хрипло просипел я.

— Не тронь её… Лучше меня… Убей меня… Она — всё, что у меня есть…

— Своим гнилым ртом ты вздумал пролаять в моём присутствии нечто подобное? После всего, что вы сделали? — ощерился с ненавистью я, высвобождая на волю всю дремавшую неистовую силу алой молнии.