Путь одиночки

Ну кто мешал как следует его обыскать? Сухов ведь пытался! Догнать беглеца надо во что бы то ни стало. А если не догнать, то хоть убедиться, что он сдох, забрать его череп и сделать из него пепельницу.

Вскоре собаки сбились со следа: бегали вокруг то ли озера, то ли лужи, тыкались носами в мох, сопели. Влада металась за ними, потом остановилась передохнуть. Рядом надрывался кашлем Сухов. Свен пустил по рукам флягу, дабы все хлебнули настойки брата и укрепились в ненависти к врагу. Спирт обжег горло, во рту долго горчило от трав.

Ее радость длилась недолго: возле гравицапы псы след потеряли. Может, вляпался гад в искажение? Влада сощурилась, пытаясь отыскать труп. Не так это и просто, на нем ведь камуфляжный костюм, а впереди — сосновый лес. По идее, расплющить беглеца должно было практически сразу при контакте с искажением.

— Мужики, может, вы более глазастые. Впереди, метрах в десяти от нас, гравицапа, наш друг мог туда по неосторожности влезть, но я не вижу его тело.

Попутчики уставились вперед и вскоре сдались. За всех ответил Гриф:

— Ничего. Нет его там.

— Говорил же: без толку! — напомнил о себе Сухов.

— Поворачиваем, — вздохнула Влада и зашагала назад, подавленная и опустошенная.

На подходе к лагерю, возле «гнезда», сидел нахохлившийся Леший. Влада возликовала — надо же, живой! — сдержала порыв, не бросилась обниматься, лишь кивнула ему.

Толкнула деревянные ворота: не заперто. Навстречу начали выходить односельчане.

— Дружище, как же я тебе рада!

Когда с телячьими нежностями было покончено, Влада заметила отца. Шагнув навстречу, он сгреб дочь в объятия, похлопал по спине.

— Мы его упустили, — проговорила она, глядя ему в глаза. — Собаки потеряли след возле гравицапы, но тела там не было. Как другая группа?

— Вернулись, не найдя след.

У бревенчатой стены лежали трупы Циклопа и Николы, накрытые простыней. Рядом валялись плохо обработанные доски и стружка. Не обращая внимания на вернувшихся, глухонемой Бирюк сколачивал гроб. Скорбно вздыхал проводник Кузьмич.

— Где именно упустили? — спросил Фидель.

— В десятке километров отсюда, северо-восточнее. По идее, он должен был ломиться в Тверь, но видимо, решил обойти. Или подох.

— Или нагрянул к Цыбулько, — добавил Кузьмич. — Больше некуда.