Путь одиночки

Цыбулько ж вояки крышуют, там масовец и рассчитывает встретиться со своими. Он же не дурак по Сектору без оружия шариться. Если и у Цыбулько его нет, значит, он мертв. Если же он там, то старый черт выдаст его нам.

Влада имела радость сталкиваться с Назаром Цыбулько. Наихитрейший тип, способный продать на органы собственных детей. Удивляться нечему: везде, где пахнет поживой, таких пруд пруди, но было у Цыбулько еще много прекрасных качеств, из-за которых держаться от него следовало исключительно в зоне видимости прицела.

А точнее, его нужно было все время держать под прицелом…

Последняя встреча закончилась тем, что Цыбулько получил по морде. Не сдержалась Влада. Потом этот урод отцу нажаловался, сказал, что обидимшись.

— Ты же знаешь, — покачала головой Влада, — он меня на порог не пустит.

— Значит, придется нам вместе идти, — кивнул отец. — Я бы на месте беглеца пробыл там до ближайшего патруля.

Столпившиеся вокруг люди слушали внимательно. Влада судорожно вздохнула. Ноги подкашивались, нечеловечески хотелось пить и есть.

Отец спросил:

Валя — худенькая серая мышь — закивала:

Хлебая суп, Влада не чувствовала вкуса. Отец сидел напротив и ел элегантно, промокая рот салфеткой. Зулус лежал в ногах и сопел. Звенели ложки. Отец придвинул тарелку с отбивной и овощами и проговорил вполголоса:

— Цыбулько уже полгода слюнки пускает на одну вещь. Если поможет нам, даром отдам. Только поэтому на него можно будет рассчитывать.

— Па, но он же мерзавец натуральный!

— Пойдем вместе, договариваться с ним буду я.

Так ты согласна?

— Согласна, — кивнула Влада. — Но будь с ним осторожен.

— Я не так глуп, прост и наивен, как кажусь.

Влада бросила кость Зулусу, поднялась и сказала:

— Внимание, через полчаса идем к Цыбулько. Беглец предположительно там. Вооружаемся, берем с собой воду и веру в лучшее. — После чего, снова опустившись на скамью, добавила: — Зулус, нам с тобой предстоит работенка. Готовься.

Чудик, першийся в гравицапу, развернулся и выкрутил руку Момента, да так, что хрустнул локоть.

Но Момент сам кое-чего умел — из захвата ушел, чудика выдернул подальше от искажения, вырубил и защелкнул наручники на кистях у него за спиной. Опасный, сволочь. Буйный. Наверное, паранойку словил, вот и прет напролом. Если такого не обезвредить, можно жизнью поплатиться.

Момент перевернул чудика: суров! Шрам от скулы до виска, резкие, хищные черты лица. Обыскал карманы, но в нагрудном не нашел паспорта, значит, не проводник.