Путь одиночки

Как будто… водоросли? Нет, другое… Щупальце!

Подавив желание рвануться к поверхности, Данила повернулся вокруг своей оси, высвободив ногу, и без шума всплыл у борта катера.

— Ты мне голову не морочь, нарик обдолбанный! — надрывался мегафон. — Я вот щас как долбану из пулемета!!! А ну быстро положь ствол!

Так, Момент продолжает развлекать патруль. Это хорошо. Данила подплыл к корме катера — тут фальшборт был пониже, — зацепился за спасательный круг и подтянулся. Как он и ожидал, все солдаты собрались на другой стороне палубы, наслаждаясь дуракавалянием Момента и Влады.

— Не стреляйте! — как раз визжала Влада. — Я беременна!

Астрахан, ухмыльнувшись, залез на борт. С него ручьями текла вода, но это было не важно. Вверх по лесенке. Два солдата у пулемета, офицер с мегафоном. Еще трое стоят на нижней палубе: один управляет прожектором, двое других целятся в плоскодонку из «калашей».

Первого пулеметчика Данила схватил правой рукой за шею, левой за мошонку, и просто вышвырнул за борт.

Второго срубил ударом по основанию черепа. После чего выхватил «Пентагон», отмахнулся от вялой атаки офицера (тот попытался ударить тем, что было у него в руках, то бишь мегафоном), перехватил руку, заломил за спину и приставил лезвие к горлу.

— Всем стоять! — рявкнул он. — Оружие на палубу!

Троица на нижней палубе развернулась, ошалев от неожиданности, и этим тут же воспользовался Момент. Выхватив «стечкин», он влепил короткую очередь прямо в прожектор. Брызнули осколки, взорвалась лампа, и катер погрузился во тьму, изредка нарушаемую шальным лучом света с береговых прожекторов.

— Оружие на палубу! — повторил Астрахан и посильнее прижал лезвие к шее офицера. — Прикажи им!

— Делайте… что он… говорит… — просипел офицер.

Солдаты неуверенно положили «калаши».

— А теперь прыгайте за борт, — скомандовал Астрахан. — Ну!

— Прыгайте… — подтвердил офицер. Астрахан наконец-то рассмотрел погоны — капитан. Коллега, блин…

Парни неловко перевалили за борт, к барахтающемуся там пулеметчику.

Момент и Влада живо перебросили рюкзаки и сами перемахнули на палубу катера.

— А ты, капитан, бери этого бойца, — Данила указал на вырубленного солдата, валяющегося под ногами, — и перебирайся на лодку. Потом своих выудишь. И не дури, понял?

— П-п-понял, — кивнул капитан, взваливая на плечо бесчувственное тело подчиненного и неуклюже спускаясь по трапу.

Данила спрыгнул следом.

— Момент, заводи мотор! — крикнул он.