Он тоже не мог больше сдерживаться. Дёрнул меня назад, отступая от стены, и потянул вниз. Я рухнула на колени, упёрлась в пол руками. Дарион тоже опустился, стянул штаны. Прогнув спину, я оглянулась, поймала его мутный от желания взгляд. Приподнявший меня за бёдра Дарион был очерчен рамкой приоткрытых дверей."
"За его спиной что-то шелестнуло, но в следующий миг я одурела от удовольствия. Кажется, даже застонала. Дарион задохнулся, застыл, привыкая к жару и тесноте моего тела, я сладостно изнывала в потоках его желания, я хотела двигаться и хотела застыть в этом мгновении, поэтому боялась шевельнуться, пока его тёплые ладони не сжались на бёдрах крепче.
Он начал двигаться, с каждым толчком всё увереннее, но не позволяя себе врываться в меня со всей силы. А мне хотелось быстрее, быстрее, я хотела вся раствориться в этих ощущениях.
И словно уловив это желание, Дарион ускорился. Он брал меня, порыкивая от удовольствия, поглаживая, наслаждаясь каждым мгновением, любуясь блеском моих волос, фигурой, упругостью кожи и силой мышц.
Я подстраивалась под его движения, и мы вошли в ритм, мы двигались так слаженно, но… ему этого было мало.
Остановившись, Дарион сорвал с себя мундир и бросил его на пол. Поднял меня и развернул к себе.
– Я хочу видеть тебя, – шептал он, срывая с меня рубашку. – Твоё лицо, тебя всю, Ри…
Рубашка полетела на его мундир: белое на красном. Я откинулась назад, ложась, а Дарион рывком спустил мои штаны ниже, ухватился за сапог. Нетерпение, желание… и нежность.
Дарион боялся мне повредить, хотя знал, что сделать это очень трудно. А я снова наслаждалась этими его чувствами. И когда он отбросил мои сапоги и штаны, раскинула руки для объятий. Он, сорвав с себя рубашку, наклонился ко мне, навис, упираясь ладонями по бокам. Улыбаясь, отрастил мех на груди и животе. Запомнил, что мне это нравится. Я зарылась пальцами в шерсть, осторожно прошлась коготками, пьяня Дариона всем своим видом, взглядом, каждым прикосновением, запахом… Обхватила его мощную шею и притянула к себе.
* * *В просторном зале было так тихо, под моим крылом тепло. Я уткнулась лицом в мех лежащего на боку Дариона, цеплялась за его нежность, но в его ощущениях проскальзывала тревога: этот зал экранирован от части внешних магических воздействий, родовые метки здесь действовали слабо, чтобы не отвлекать взрослых из-за тренировок детей, когда те получают тумаки на упражнениях, а он должен оставаться на связи. Да и я должна.
