— Осмотреть здание, — скомандовал Элор, наконец отпуская мой локоть. — Проверить, есть ли живые. Вестника я уничтожил, но будьте осторожнее.
Офицеры, вынимая оружие, сошлись, быстро договорились и стали распределяться по территории. Под их ногами похрустывало стекло.
Я запустила первую фазу телепортационного заклинания, пытаясь по координатам определить наше положение. Пришлось развернуть в памяти координатную сетку. Мы были в Анларии, в противоположной Белой скале части герцогства.
Стены вокруг внутреннего двора не давали осмотреться, но мы явно находились рядом с городом Дарки.
— Что происходит? — спросила я.
— Беда. Беда происходит, — напряжённо отозвался Элор. — Значит так, Халэнн. Ты остаёшься здесь и внутрь не заходишь. Я сейчас ненадолго отойду отдать распоряжения, а ты в это время никуда не суёшься, и если на вас нападут — вызываешь меня без всяких там геройств. Ясно?
Он был испуган и зол одновременно — довольно непривычное сочетание. Я кивнула.
Золотой огневорот унёс Элора прочь, а я направилась к крыльцу.
Два офицера уже скрылись за перекошенными дверями, и я за ними вошла в тёмный коридор. Здесь пахло кровью. И смертью.
Меня тряхнуло собственными воспоминаниями: этот замок разорён, как и мой. Здесь не было кровавого месива, как после Неспящих, зато было больше следов сражений: опалённые стены, вывернутые камни, шипы, везде вода… Полусгоревшее полотно с гербом льва, сжимающего букет — это знак Анларских герцогов. Похоже, это один из их замков. Такое ощущение, что живущие здесь сражались намного больше, чем моя семья.
Странно… мои до последнего не понимали, что это нападение? Но почему? Менталисты должны были ощутить агрессию или насторожиться из-за того, что все под полностью блокирующими эмоции амулетами.
Или с Неспящими были высшие вампиры и архивампиры, и мои родные просто физически не успевали отреагировать?
Вонь палёного мяса сбила меня с мыслей, невольного воспоминания о прошлом.
Я остановилась возле мёртвого молодого человека. Он удивлённо смотрел на дверь гостиной навечно застывшими глазами.
На скуле алел порез, но в остальном бледное лицо выглядело почти живым. И только развороченная, запечённая огнём грудная клетка не давала усомниться в том, что он всё же мёртв.
Напали не Неспящие, и не только вестник — напали маги.
— Я же сказал стоять на улице, — прорычал Элор и потащил меня наружу. — Присматривать за остальными, а не проверять самому!
— У меня дома не было таких явных следов сражений, — прошептала я.
