Солнце припекало, и вскоре мы чуть передвинули навес, перекосившийся из-за вставаний на дыбы и прочих кручений, так что ехать стало почти комфортно, а покачивания даже немного расслабляли, и всё же появление на горизонте главного селения орков меня несказанно обрадовало.
Сначала оно появилось на горизонте неясным пятном с возвышением в центре, потом проступило отчётливее. Круг из монументальных серых построек в тёмных узорах соседствовал с яркими, украшенными перьями и бисером шатрами. Самым большим зданием была ступенчатая пирамида, как надвратная башня на границе их земель, только это уже было храмом, и было значительно больше приграничной башни.
Лестница тянулась между жаровнями с цветными огнями до самой вершины с пылающей на ним костром. Цвет пламени менялся от более тёмного снизу до яркого наверху. Пирамиды помельче окружали эту большую.
Элор снова возбуждённо заёрзал в седле, оглядывался по сторонам. Ветер сносил на меня его волосы и запах: безумную смесь корицы и раскалённого металла, страсти и опасности.
Внутри зарождалась дрожь, и я старалась не вдыхать этот опасный для меня аромат.
Орки выходили из шатров, толпились вдоль каменной дорожки, по которой провожатые вели хорнордов к площадке между малыми пирамидами. Там нас ждала делегация разряженных шаманов в высоких головных уборах из цветных камней и перьев. Помимо дюжины мужчин там оказалось шесть женщин с полными подносами. Но, насколько я знаю, обычно с посольствами у орков общались мужчины.
Элор подогнал хорнорда к остальным:
— Как думаете, если попрошу, орки подарят мне эту зверюшку? Или лучше в драконьем виде схватить его и утащить на наши земли?
— Элор, — Арендар укоризненно посмотрел на него, и это было так дико: они словно поменялись местами.
— Ну а что? — Элор пожал плечами. — Вдруг Эёран уничтожат, где я второго такого возьму?
Валерия нервно засмеялась, уткнулась в пересечённую огромным мечом спину Арендара. Она явно пыталась сдержаться, но ничего не выходило, а когда Арендар поинтересовался:
— Тебе не кажется, что хорнорд — это несколько больше, чем обычное пёрышко?
Валерия засмеялась ещё громче.
Впрочем, Элора это ничуть не огорчило, он сам едва сдерживал смех:
— Я хочу спасти чудесное создание от гибели!.. Ладно, буду просить, всё равно один до границы его не дотащу.
Хорошо хоть он это признал!
Орк свистнул, и все хорнорды выстроились в ряд. Элор попытался подать мне руку, но я грозно глянула на него и спрыгнула сама. Он, нарочито кряхтя, слез следом.
