Потому что это идея Ланабет, и она сама хочет отправиться охотиться за вампирами, а он не позволит своей избранной идти в непризнанный закрытый мир, в котором она была заперта долгие пятнадцать лет. Не даст он ей сражаться с высшими вампирами, разожравшимися на крови и жизнях обычных существ, в выгодной для них обстановке.
— Элор, мы договаривались. Когда я пришёл к тебе на службу, мы договаривались о том, что ты поможешь мне отомстить.
— Но мы не договаривались, что я отправлю тебя в опасный мир для ловли Неспящих.
От своего слова я не отказываюсь, я готов выдать тебе на растерзание столько Неспящих, сколько потребуется для твоего успокоения. После того, как их отловят, обезвредят, допросят.
— Мы и правда не обсуждали тогда детали, — я пыталась сохранить спокойствие и благоразумие, хотя всё внутри закипало от злости и обиды, бегало щекотно-колючими волнами по нервам. — Но я полагал само собой разумеющимся, что я буду участвовать в поимке Неспящих, а не становиться палачом для уже пойманных. Хотя от последнего я не отказываюсь, — это я добавила, понимая, что для Жаждущего крови тут практически нет разницы, хотя он тоже предпочитал насыщаться чужой энергией в бою.
Он бы мне просто не простил такого расточительства, как упущенная возможность добраться до Неспящих.
— Надо было точнее обговаривать детали, — отрезал Элор. — Я всё сказал, и это не обсуждается.
В пах я ему всё же заехала, но он был готов.
Глава 56
Драка не получилась: я понимала, что коленоприкладством и мордобоем мнение Элора не изменю, только усугублю впечатление о себе как об импульсивном драконе, а Элор, наоборот, этой драки будто опасался, и едва мы снова оказались в вертикальном положении без захватов, сжал моё запястье и телепортировал во дворец.
Император рычал. Сидел перед дворцом, хлопал лапами по газону и рычал от горя:
— Сокровищница! Мою сокровищницу ограбили! Закопались! Гады!
Он сильнее застучал лапами по земле, и только тогда я обратила внимание, что перед ним, вжавшись лбом в газон, сидят два серых болотных гоблина.
Они казались комьями грязи перед огромным золотым драконом.
— Как вы посмели! — он опять забарабанил лапами.
Крохотные серые существа в набедренных повязках что-то бормотали и пищали, но с расстояния невозможно было разобрать их слов.
Меховой шар на башне принца Арендара слушал это всё, навострив уши с золотыми кисточками. В чёрной шерсти поблескивал узкий золотой месяц приоткрытого глаза. Императора соседство этого создания, похоже, ничуть не смущало.
