Подождав немного, Элор снова опускает колени вместе со мной. Я разжимаю руку, и пальцы соскальзывают с бутылки. Глаза у меня зажмурены. Не видеть бы ничего!
Шуршит водопад, птицы встревоженно поют.
Молчание…"
"— Я привыкла лгать, — признаю неохотно и снова накрываю лицо предплечьем, гася на веках тусклый свет. — Я шестнадцать лет лгала. Во многом. И в мелочах. Каждый день. Всем. Самым близким мне существам. Себе. Ложь — неотъемлемая часть моей жизни. Мне проще лгать, чем говорить правду. Иногда я делаю это неосознанно.
Иногда сама верю в свою ложь. Я не знаю, как от этого избавиться. И не знаю, когда это закончится.
Молчание.
Тяжёлый вздох Элора.
Он наклоняется, снова натыкаясь на мои пальцы бархатом жилетки, притягивает, судя по звону, две бутылки вина:
— Так выпьем же за эти твои правдивые слова, — Элор приподнимает колени, помогая мне сесть. — Ну или за пару правдивых предложений. Чтобы их было больше. Намного больше между нами…
Едва я убираю руку с глаз, Элор суёт в неё бутылку.
Мне страшно говорить правду, очень страшно. И страшно после правды, поэтому сейчас страх несётся на меня сокрушительным цунами, я каждой клеточкой ощущаю его жуткое приближение. Бутылка драконьего вина очень кстати. Много бутылок. Может, их будет достаточно, чтобы утопить страх. А если не хватит — закажем ещё.
Глава 31
Поцелуй… сладкие губы. Прикосновения нежных пальцев. Распахиваю глаза: передо мной, тоже на боку, в серо-голубых подушках под цвет комнаты лежит Вейра.
— Ты же должна быть в Нараке, — шепчу я.
Она близко, слишком близко.
— Я вернулась, — шёпот на грани слышимости, улыбка.
И горячие губы на моей шее. Растерянно глядя на водопад, я не шевелюсь. И Вейра спускается ниже. Целует грудь. Её острые когти вспарывают платье.
Её поцелуи, прикосновения так похожи на ласки Элора. Если закрыть глаза, думаю, разница будет почти неощутима.
Почему такая мысль? Я морщусь. В памяти что-то есть, какая-то ускользающая мысль… воспоминание о чём-то, о какой-то фразе… образе…
А Вейра целует уже живот.
Ощупью найдя её плечо, я останавливаю это движение вниз, но мощная рука проскальзывает под моей рукой и накрывает обнажённую в разрезе платья грудь. Запах дыма и зверя. И слишком большой Дарион. Он прижимается ко мне со спины, смотрит грустно и внимательно.
— Ри…
Он целует плечо, основание шеи, прижимается к спине, а спереди орудует Вейра.
Странно.
Это всё очень странно.
