Поверьте, вам это не понравится. — Указываю на Элора. — Ему не понравится ещё больше, и последствия для вас станут плачевными.
— А они не плачевны? — со свойственным молодости пылом спрашивает герцог Лаурийский и хватается за прутья решётки, звякнув по ней цепями наручников. — Разве это — не плачевные последствия?
— Да вы ещё в пыточной не были, — хмыкает Элор. — Вам бы и простой экскурсии туда хватило, чтобы понять: нынешнее ваше положение можно считать просто изумительно комфортным и безопасным.
— Пф! — на этот раз скепсис выражает герцог Тарский, но не столько с возмущением, сколько с горечью.
— Могу проводить на экскурсию в пыточную, — предлагает Элор предельно любезно. — Дабы избежать недопонимания и пустой траты времени. Благо пыточная недалеко.
Лаурийский герцог крепче стискивает прутья, голос его полон праведного возмущения… и страха:
— Начинаете с пыток? Это всё, что вы можете предложить?
В воздухе проявляется острый хищный запах Элора, сам он изгибает губы в холодно-любезной улыбке:
— Во-первых, я предлагаю начать с экскурсии в пыточную.
Столь юному человеку с окраины не самого сильного государства простительно не знать разницу между «экскурсией» и «пыткой». Для некоторых существ, полагаю, это может быть синонимами.
«Как для тебя посещение оперы синоним пыток», — помимо воли думаю я, краем глаза следя за пленниками: пока молодой высказывается, старшие наблюдают, оценивают нас, просчитывают варианты.
А я прощупываю точное местоположение их амулетов.
— Во-вторых, — столь же любезно-ледяным тоном продолжает Элор. — С чего вы взяли, что мы должны и собираемся вам что-то предлагать? Наоборот, это вы должны нам предлагать много всего интересного и полезного в обмен на ваши жизни. Подскажу: можете предложить информацию о вашем заговоре, о Неспящих и других недовольных нашим правлением. И вашу верность до гроба, разумеется.
Повисает молчание.
Я небрежно взмахиваю рукой, и три бочонка с водой, оставленные пленникам, приподнимаются над полом.
Заставив их перекувыркнуться, я опускаю их обратно.
Тарский герцог со вздохом наклоняется и, позвякивая цепью, снимает сапог и скручивает цепочку с мизинца. Лаурийский герцог вытягивает свой ментальный амулет из-под мышки и бросает в проход к амулету Тарского. Ирданский герцог распутывает кожаный шнурок с хвоста, позволяя волосам разметаться по плечам. Амулет оплетён тёмными нитками, из-за чего в завязке был не заметен.
