— Или это обычная некомпетентность, — продолжал Президент, — или… Что это?
«Заговор», — продолжил про себя Полунин. Заговор всей страны, две трети обитателей которой считают подержанный «Форд» цвета обезьяньей жопы символом высшего успеха, а годовой доход в пятнадцать тысяч долларов — поистине дьявольским соблазном, от которого их не удержат ни закон, ни мораль. Да что там… Приходи и соблазняй на здоровье! Вечная история о мужике из чеховского рассказа, уворовавшем болт на железной дороге. Заговор собаки, ни разу не наедавшейся досыта, — против кило сарделек.
— Я думаю, это общая наша беда, с которой надо бороться вместе, — произнес Богомазов вслух.
— Общая? — Президент поднял брови. — Подбор членов правительства осуществляет его председатель. А вы были полностью согласны с кандидатурой насквозь коррумпированного генерала!
Богомазов удрученно замолк. Покорность смягчала Хозяина.
— Это не первый случай! — изуродованная рука хлопнула по столу. Подпрыгнули тарелки, звякнул хрусталь. — Пока речь шла о членах лицензионных комиссий, о директорах предприятий, руководителях информационных компаний и спортивных тренерах, эту напасть еще можно было пытаться лечить, так сказать, «амбулаторно».
Но когда очаг заражения распространяется и на правоохранительные органы… По-моему, хирургическое вмешательство просто необходимо…
Богомазов и Полунин кивнули, соглашаясь. Теперь следовало поддержать Хозяина конкретным дельным предложением, но сделать этого они не могли и ожидающе повернулись к Коржову. Тот был докой в подобных делах и блестяще оправдал ожидания коллег.
— Надо разработать специальную долголетнюю программу по борьбе с коррупцией.
Пусть ФСБ внедрит своих агентов в правоохранительные органы, преступные группировки, коммерческие структуры — везде, куда только можно! Это позволит получить полную картину коррумпированных связей на всех уровнях и провести показательные процессы по всей стране!
Богомазов и Полунин внимательно следили за реакцией Президента. Тот одобрительно кивнул.
— Хорошая мысль, — солидно прогудел премьер.
— А назвать программу можно так:
«Чистые руки».
— Правильно, — лицо Президента разгладилось. — Именно чистые руки. И холодное сердце. Или голова?
Не высказался один Полунин. Получалось, что он вроде не одобряет рассматриваемую идею, во всяком случае, у Президента вполне могло создаться такое впечатление.
Этого допускать нельзя.
— Только как бы на местах не похерили все эти разоблачения…
Полунин озабоченно почесал за ухом.
