Сейчас они только начинают осознавать, насколько глубоко вляпались. Нет, точней уже осознали. И уже вот-вот начнут искать виноватого. Причем граф, это вон тот, низенький с окровавленной рожей, уже понимает, что не жилец, но подыхать один не хочет. А извиниться передо мной ему гордость не позволит. Да и не прощу я его — слишком много он себе позволил, так еще и быков на меня своих натравил, чтобы поломали. В принципе, можно сказать, что все высокое начальство, что там сейчас находится, это потенциальные трупы.
Если, конечно, они не придумают, как загладить свою вину передо мной.
— А у них есть на это шансы?
— Есть, конечно, я ж не зверь какой. Но очень маленькие, потому как я сильно обижен. О, вон, смотри — видишь того толстяка, с мордой как у бульдожки? Это начальник полиции — мерзкий тип. Очень много гадостей мне наговорил.
А вон в сторонке пытается спрятаться баранчик, в смысле, барончик местный. Так, горка не горка, а кочка на ровном месте, возомнившая себя вершиной мира. И сейчас его уверенность в собственном величии стремительно летит вниз.
О злобном и мстительном характере нашего рода знают все, и мне тем более непонятно, как они вообще решились сунуться.
— Может, они знают что-то, чего не знаешь ты?"
"— Я много чего не знаю, Амалия. Но одно я знаю точно — скоро я стану просто до безобразия богат. До неприличия богат. До отвращения богат. Денег у меня станет столько, что я просто не смогу их все потратить.
— Это откуда ж такая уверенность?
— Ну, потому что наши и не только наши правители просрали все, что можно.
Думаешь, ангелы с демонами не знают, что тут происходит? Уверен на все сто, что знают. Попытка мне помешать обошлась Сатанаилу очень дорого. И это при том, что он напрямую не вмешивался. А тут совсем иное дело. И наш император Павел хер знает какой сделал ставку не на того. И скоро он придет извиняться. Дочку, наверное, свою в жены предложит.
— А ты?
— А я не возьму, потому как мне она не нравится. Наглая слишком была, вот и прогнал.
— В смысле, прогнал? — икнула от неожиданности она. — Кого?
— Да дочку его, Лизу Романову.
— Я в шоке. Нет, Ямир, пойми меня правильно — я тобой восхищаюсь, как никто. Но чтобы указать на дверь принцессе — это ж какие яйца надо иметь⁈
— Хочешь их увидеть? — с готовностью чуть придвинулся к ней я.
— Пока не решила. А что касается дочек — ты все же подумай.
— Не хочу. Все эти высокородные су… дамы у меня уже в печенках сидят.
