Потом, судя по доносившимся оттуда звукам, бил все, что можно разбить.
— Я ему так разобью, что живого места не останется! — сразу взбесился я, представив себе масштабы разрухи и потенциальных трат на восстановление разрушенного и разбитого. — Надеюсь, он меня дождется и примет вызов по праву сильного.
— В смысле, что за вызов⁈
— У Нагибиных, чтобы стать новым главой рода, надо победить в бою старого. Ну, или старый сам, добровольно должен передать главенство в роду молодому. Но все тоже не просто так. Мы являемся единственным родом, главенство которого утверждает император лично.
— А если не утвердит?
— Пусть только попробует, — усмехнулся я. — Это одна из его наименьших проблем. Он сейчас в такой яме, что я даже не представляю, как он из нее выберется. И это еще мои братья и сестры не знают обо всём произошедшем. Симуэль очень добрый, но в гневе страшен. У него в отряде, если всех собрать, тысяч десять морд наберется. И все это маги, проверенные в боях и не раз гулявшие даже в Проклятых землях. И архимагов у них много.
В общем, проблем они могут с легкостью доставить."
"Мы можем грызться друг с другом — это для нас нормально. Но попробуй тронь кого-то из нас со стороны. Сразу все встанут и больно накажут. На этом и стоит род Нагибиных. А я, как ни крути, его потенциальный глава. А скоро стану уже реальным. Да наверное сегодня и стану, потому как если еще с этим затянуть, то столбы уже будет заряжать бессмысленно. И так времени много потеряли.
Так что с папой я разберусь, но позже. Вон, обрати внимание, на нас смотрят.
Улыбаемся и машем. Амалия, не надо так бледнеть лицом — все хорошо.
— Но… Но там же канцлер, князь Черкасский!!! Он на нас смотрит!!! Ой, мамочки!.. Меня им в детстве пугали…
— Да? Тебя им? А меня пугали пустым банковским счетом. Вот, помню, как я плакал, когда у меня на карте все деньги исчезли, а счет заблокировали. А этот что? Чего в нем страшного?
— Он архимаг, один из сильнейших в нашем мире!
— А я вот самый сильный, но что-то ты меня не боишься. Да и к тому же он вроде весьма приятный дедок.
К нам, как вижу, идет. Сейчас познакомишься с ним.
— Может, я потом как-нибудь?.. — занервничала она.
— Потом будет потом, а надо сейчас. Со своими страхами надо уметь бороться…
— Ямир Ярославович? — высокий, худой и подтянутый старик замер возле нашего столика. Его свита, состоящая из кучи народа, почтительно выстроилась позади него, образовав некий полукруг, в центре которого оказались мы.
— Да. С кем имею честь? — встал я.
