Девушка явно ослабла, так же островитянину пришлось самостоятельно класть ей в рот несколько пилюль.
Розовый цвет сменил бледность лица эльфийки, а кровь, струящаяся по щекам и губам, будто бы втянулась обратно в тело.
Марнил открыла глаза и, поблагодарив возлюбленного кивком, встала на ноги.
— Ты в порядке? — спросил Эйнен, все еще находящийся внутри Радужной Обезьяны.
— Теперь — да.
Рядом прозвучал шелест тряпичных одежд.
— Кажется, в нашем маленьком соревновании, малышь Том, — Карейн отряхнул клинок от слизи и гнили.
— победил третий человек… ну или не совсем человек.
— Думаю…
— Думаю, — перебила Рекка. — что армия здесь стоит не даром, а у вас еще будет возможность померяться силами.
Геран указала одним из клинков на линию холмов, закрывавших горизонт. Оттуда, маршем, спускался очередной океан мертвецов.
Дора молча опустила забрало шлема и подняла молот.
— Пушки! — Карейн поднял в воздух кулак. — ЗАЛП!
Глава 920
Глава 920
— Большой! Большой! Ты опять к нам пришел!
Хаджар посмотрел себе под ноги.
Только что он очнулся среди пусть и высокой но простой травы заливного луга, как оказался стоящим в центре луга, но уже совсем другого.
По небу, только что чистому и ясному, плыли кучевые. Они отбрасывали причудливые тени, уж слишком сильно похожие на очертания разнообразных волшебных, и не очень, зверей и птиц.
Трава, недавно высокая и дикая, теперь была низкой, ровной, кем-то очень заботливо подстриженной и разукрашенной в самые невероятные краски.
Правда стоило лишь приглядеться, как становилось понятно, что это вовсе не трава разноцветная, а такое множество растущих в ней цветов.
Музыка, легкая и тонкая, заструилась по воздуху. Послышались звенящие колокольчиками детские голоса. Ветер, дувший, казалось, со всех четырех сторон света, трепал волосы Хаджар и качал его простые свободные одежды.
Серый плащ, откуда-то взявшийся за спиной Хаджара, сливался с тенями от облаков.
Бутон, под ногами Хаджара распустился и на вершине цветка оказалась маленькая девушка.
Круглое лицо, половину которого занимали черные, как смоль, миндалевидные глаза.
Позади трепыхались две пары крыльев, точь в точь похожих на те, что у бабочек.
— Прекрасный цветок, — Хаджар опустился на корточки и протянул к бутону палец. — рад снова тебя приветствовать.
— Привет, Большой! — миниатюрная девочка в цветочном платьице, по цвету повторяющим бутон, на котором она сидела, обхватила подушечку пальца Хаджара.
