Выронив нож, он делал вид, что держит себя за подбородок.– Не спишь?
– Вы кто? Кто вас сюда впустил?
– О, не переживай, я здесь работаю. Мы не виделись – я с седьмого этажа.
– Отдел нейрохирургии?
…"
"Хаджар лежал на холодных камнях.Под ним раскинулись светящиеся зеленым светом джунгли.Сверху сияло незнакомыми звездами небо.Хотя, почему незнакомыми.Просто он не сразу их узнал.А еще шел дождь.Холодный и колючий.Но на этот раз он не смог спрятать слез. Слез от жуткой боли в груди – в том месте, где полностью открылась старая рана.
– Ты забыл кто ты! – прогремел голос и из тьмы вышла фигура в черном плаще.
– Нет…
– Ты опозорил себя и своих предков, Северный Ветер!
– Нет, это не так…
Фигура приближалась. Каждый её шаг сотрясал гору, на вершине которой лежал окровавленный Хаджар.
– Ты забыл кто ты! Ты забыл свой путь!
– Нет…
Она мраком нависла над ним. Полы её плаща трепал порывистый, штормовой ветер.
– Кто ты? – прохрипел Хаджар.
Глава 873
– Что здесь происходит?!
В шатер, в сопровождении Аблима и нескольких самых одаренных из числа Говорящих, вошел Иблим.
Он держал в руке свою палицу и выглядел максимально воинственно.
– Посвящение, – только и ответил старик.
Обняв резной посох, он сидел рядом с костром и смотрел на двух лежащих рядом людей. Анетт уже постепенно приходила в себя. И, когда сознание девушки вернулось из странствия по Зеленому Дому, то старик набросил на неё цветастое покрывало.
– Дочь, – Иблим бросился было к своему ребенку, но путь ему преградил посох.
– Ты знаешь ритуал, Прокладывающий Путь, – проскрипел голос Хранителя Прошлого.
– пока Северный Ветер не вернется с Горы Стихий, нельзя прикасаться к Провожатому. Иначе ты рискуешь добавить к его тьме, свою собственную. Так он может никогда оттуда не вернуться.
– Он и так вряд ли оттуда вернется, – хмыкнул Говорящий с Природой. – Я еще никогда не видел такой большой раны.
Иблим, только сейчас обративший внимание на гостя своего племени, осенил себя священными знаками.
Тяжело дышащий, покрытый испариной, дергающийся воин, чье тело – сплошные сухие мышцы, чьи жилы – канаты, весь в шрамах, он явно переживал не лучшие дни.
На солнечном сплетение расползалась огромная рваная рана из которой сочилась черная субстанция.
– Что скажешь, Анетт, дочь Иблима?
– Хранитель, – окончательно вернувшаяся в реальность Анетт положила ладони на плечи и поклонилась. – Северный Ветер будет бороться до конца.
– С такой тьмой?! – гнев Аблима отразился в бушующем костре.
