Сердце Дракона

После первого же глотка Карейн закашлялся, но не перестал жадно пить. Только после того, как бурдюк опустел на четверть, Тарез откинулся обратно на груду тряпья, которой Хаджар заменил ему подушку.

— Я уже думал, что… все, — речь теперь давалась ему явно проще. — Зарежет меня отец. Будто свинью…

— Никогда не думал, что у вас такие острые отношения.

— Острые? — Карейн криво усмехнулся. — хороший каламбур, Хаджар. Я, все же, позитивно на тебя повлиял за время наших приключений…

Клинок Хаджара все так же лежал под кадыком Карейна.

Он слегка царапал его кожу и алая ниточка спускалась по лезвию. Именно красная кровь, а не черная, которая все еще сочилась сквозь рану.

— Это у тебя стиль… общения такой, Хаджар? — Карейн, тяжело дыша, продолжал корчить из себя шута. — Разговаривать с… мечом у горла.

— Только с теми, кто может предоставлять угрозу.

— Угрозу? — Карейн потянулся к раненному боку, но так и не коснулся бинта. — Я сейчас… представляю угрозу… разве что экологии этого места.

Даже одной ногой стоя на пороге дома праотцов, Карейн отказывался снимать свою маску.

Хаджар хорошо был знаком с подобным типом людей. И, даже, относительно близко знал и знает некоторых его представителей.

Все они скрывали под этой маской грызущую их изнутри боль.

Те, кто смеется громче и ярче всех, на самом деле, внутри, терпят самую жуткую и ядовитую тоску.

— Почему твой отец хотел тебя убить?

Карейн засмеялся. Кашляющим и слегка печальным смехом.

— Мы на границе мира духов, Хаджар… в стране фейре… месте, о котором матери и бабушки детям… сказки рассказывают.

А тебя… мой отец интересует.

— Что-то мне подсказывает, — теперь уже пришел черед Хаджара улыбаться. — это все как-то связано.

Карейн промолчал. Затем устало вздохнул и прикрыл глаза.

— У нас есть только сутки, Хаджар. Затем я умру. А после этого закроется проход в мир смертных. Ты точно уверен, что хочешь тратить на разговоры время? Или ты не чувствуешь, как мир духов постепенно поедает тебя изнутри.

Хаджар действительно это чувствовал.

Мистерии меча синего ветра пока защищали его энергетическую структуру от местной хищной атмосферы, но это было одно из тех сражений, что заранее обречены на поражение.

Не пройдет и недели, как энергетическое тело Хаджара полностью разложиться, а вместе с ним и физическая оболочка.

Вместо ответа на вопрос Карейна, Хаджар просто чуть сильнее надавил на клинок.

Дул ветер. Он качал волнами высокую траву на широком лугу, посреди которого замерли две фигуры.