Сердце Дракона

Я, достопочтенный адепт, пусть и стар уже, и не могу поднять клинка, но след меча и рога отличить смогу.

Он помнил руку и лицо Литы. И каждый раз воспоминание об этом вызывало у него жжение в руках.

— У нас народ в деревнях замкнутый. Нелюдимый. То и понятно — как никак, у самой, что ни на есть, границы с Ласканской поганью живем. Но как живем, так и могем. Чужих только, вот, не подпускавываем.

Несмотря на все огрехи, речь у Тунуда была относительно чистой. Видимо остались еще хоть какие-то осколки образования, передававшегося в семье генерала-губернатора…

— А тут приехали чужаки… да с говором совсем не нашимским, ваше достопочтенье, — снова поклонился смотритель.

— Их уже был-то гнать думали, но болезный этот — дуб здоровый с волосами белыми, разом все желание отбил.

— И что, достопочтенный Тунуд, прижились они здесь?

— Прижились, а чего не прижиться. Месяц всего живут, а сколько пользы принесли. Лита — за детишками малыми только в радость приглядывает. Они сперва её вуродства побаивались, а потом и привыкли как-то.

Элия вот, тоже, матерям помогает. Кому подскажет где травка какая растет. Кому поможет рубаху подшить получше. Сперва её гнали, но вот, ваше достопочтенье, смотрите рубаха какая.

Тунуд оттянул край свой льняной рубашки, достал нож и провел по нему. Хорошо наточенное лезвие не смогло, к удивлению Хаджара, взять материала.

— Можно посмотреть?

— Конечно, ваше достопочтенье. Смотрите на здравие.

Хаджар наклонился и провел ладонью над рубашкой. Не будь он Повелителем — вряд ли бы почувствовал.

Все же безымянный мир велик и чудес и тайн в нем предостаточно… но та завидная постоянность, с которой Хаджар на них натыкался начинала его нервировать.

В рубашке чувствовалась магия.

Но не те манипуляции с внешней энергией потоков Реки Мира, которую использовали адепты, а магия иного порядка. Магия духов и народа Фае.

— А скажи мне, достопочтенный Тунуд, старый заброшенный рудник, случайно, не в деревне Маленький Ручей находится?

— А как догадались, ваше достопочтенье? — удивился смотритель.

— Аки там и найдется он!

— Вот скажи мне честно, Том, чем ты занимался всю эту неделю? — спросил Хаджар, когда Тунуд, наконец-таки, смог забраться на свою старенькую кобылу.

Тому и Хаджару лошадь не требовалась. Как и не было у них больше поводы скрывать свои истинные способности. После того, как они предоставили официальную бумагу смотрителю, уже все окрестности знали, что в Сухашим прибыли посланники самого Императора.