Станция большая, в небольшом городке. Соловьев не возражал, он тоже устал ехать верхом. Лишь только Мишэ с таким любопытством смотрел на всё, что было вокруг, оставалось только удивляться его активности. Для него, не видевшего ничего кроме родного селения и других подобных, новый мир не переставал удивлять новыми открытиями. Все ехали в черкесских одеждах. Катя решила переодеться в платье только в Москве. Савелий Берёзкин, старший сопровождения, отдавал распоряжения казакам. Соловьёв отправился хлопотать о комнатах и возможности помыться всем в бане.
Подполковник, на ушко, шепнул станционному смотрителю, кто желает помыться и все вопросы и недовольства отпали. Баня уже топится, комнаты уже убираются и ужин через час будет готов, суета подкреплённая бумажкой определённого цвета ещё более усилилась. Доброе слово и денежка малая, творят чудеса. На следующий день, который посвятили отдыху. К полудню поднялась такая суета, что казалось, началась война. Станционный смотритель смущённый и возбуждённый пришёл к Соловьёву.
— Господин подполковник, возникли чрезвычайные обстоятельства. Вам придётся освободить один номер. Проездом, у нас, остановиться очень важная персона. Не могли бы вы попросить ваших дам освободить комнату?
— С какой стати? И не подумаю. — возмутился подполковник.
— Да, но…– совсем смутился смотритель. — Прошу вас спуститься в залу.
— Внизу стоял грозный жандармский штабс-капитан. Увидев Соловьёва он холодно, вежливо потребовал.
— Господин подполковник, вам необходимо освободить самую большую комнату.
Сегодня в ней остановится важная персона. Прошу вас не препятствовать и не возражать, а просто выполнить моё требование.
— Господин жандарм…. И не подумаю. — Упёрся Соловьёв.
— В таком случае, я сделаю это помимо вашей воли. — Спокойно ответил жандарм.
— Вы не пос…
Дверь с шумом распахнулась и в зал вошёл Великий князь Павел.
— Ба, господин подполковник, Александр Николаевич? Какими судьбами?
— Здравия желаю, господин полковник, следую в Москву, получил отпуск, со мной следуют княгиня Маргарита Алиевна и графиня Васильева со своим сопровождением.
— А, так это ваши казаки. То-то смотрю форма знакомая. У вас какие-то затруднения, капитан?
— Да, господин полковник, все комнаты заняты. Разместить вас негде.
— Что, совсем ничего? — посмотрел Павел на смотрителя.
— Есть, одна, но она недостойна вашего Высочества.
— Да будет вам, кровать есть? — Усмехнулся Павел.
