"
"Купил билет, отправил девушку домой. А дальше затяжная пневмония, такая же, как была у самого Артура. Месяц в больнице, сложное серьезное лечение. Сложное, потому что у Насти обнаружилась аллергия на препараты, и это спасло жизнь их детям…
Тагаев с силой вдавил пальцы в глазницы. Она могла сделать аборт, вполне, после такой тяжелой болезни организм не хотел восстанавливаться. Три новые жизни тянули жизненные силы из этой худенькой хрупкой девушки. И он даже мог понять, почему она приняла такое решение.
Но зачем она пришла в его дом и сказала, что детей уже нет?
Артур снова потянул к себе ноутбук и открыл файл. Полетаева Настя. Красивая фамилия, воздушная. Нежная, как она сама…
Вот справка, заверенная заведующим отделения с подписью главврача. Роман проверил, в отделении все записи соответствуют, дата совпадает.
Вот распечатка сообщений на номер Насти с купленного матерью левого номера. Мать интересуется, нужен ли Насте доктор, рекомендует своего. Роман проверил — хорошая клиника с безупречной репутацией, врач высшей категории.
Мать пользуется только ее услугами.
Настя отказывается, через время присылает справку недельной давности. Почему так долго выжидала? Не могла найти? Слишком много вопросов.
Дальше выписка из банка. Мать перечисляет деньги на счет, они там лежат достаточно долго, а потом в один день снимаются полностью. Полетаева становится Савицкой. Зачем? Снова одни вопросы…
И последний документ. Регистрация бизнеса.
Его развитие. Аналитика неумолима — деньги, потраченные на бизнес, это именно те деньги, которые Аврора перечислила Насте. То есть, в их дом Настя приходила с единственной целью — разжиться стартовым капиталом.
Во всей этой истории оставалась одна единственная нестыковка. Дети. Настя их оставила. Да будь она трижды меркантильна и расчетлива! Но детей она оставила, и только за это Тагаев готов был ей все простить.
На миг представил, что читает все это и понимает, что детей больше нет.
Что у него могли быть дети, трое, но от них избавились, даже не удосужившись поставить его в известность. Охватила такая дикая ярость, что пришлось иди под холодный душ.
Он убил бы ее тогда. Просто убил, и плевать, что будет потом, что его посадят, что бизнес пойдет под откос. Всех бы, кто ей помог это сделать, тоже бы убил. Какая разница, все равно сидеть пожизненно.
Вспомнил Данила с Давидом, с криками носящихся по полю за мячом.
