В теле пацана (книга 7)

— Титаны, — бросает, с торжествующим видом, снова поворачиваясь к своим панелям и делая к ним шаг. — Колоссальное оружие, способное на многое.

— Твою ж мать, — выругался я, вспоминая рожу Титана. И только сейчас до меня дошло, зачем там были те кошачьи уши!! По образу и подобию… Это титаны фелисов.

— Вот, вот. Ты всё понял, — усмехнулся метаморф. Не поворачиваясь ко мне, а тыкая тремя тонкими пальцами что–то на панелях.

Мля, хреново дело. Если Нелли поверила ему, очень хреново. Фелисы, заселённые на Платформу, по понятной причине были отброшены в средний век.

Так и жили. А я по обыденности принимаю это, как данность.

Ладно, не время мусолить то, что уже свершилось.

— Хорошо, допустим, — соглашаюсь. — Но зачем тебе Нелли? Дай, угадаю. Раз она фелис, то сможет запустить Титана, потому что он её послушает? Тебе не удалось, а у неё всё выйдет. Получается, всё это время мне ты гадил не чтоб изолировать. А чтоб увести от меня Нелли.

— Что–то в этом роде, — признаётся уродец легко.

— Мне пришлось много раз менять концепцию, чтоб учитывать вмешательство Омбера и его команды. В итоге я победил, забрав Нелли раньше, чем они поняли, кто может стать пилотом Титана.

— Но зачем это Нелли? Ты чем ей мозги запудрил?

— Ты не понял мысли, какую хочу до тебя донести? — Снова повернулся ко мне ящер. — Вижу, нет. Омбер сам пытался запустить Титана с моей помощью.

— Я повторюсь, Крис: ты в упор не видишь то, что перед тобой открыто. Либру поклоняются Сфере.

Либру почитают Гра. Вначале я спросил, что есть Родина для тебя. Вот для либру это Гра. И они во имя неё хотят разрушить этот Корабль со всеми девятью мирами. И такой данью заслужить жизнь на планете.

— Да ну брось. Бред какой–то.

— Те кассеты, что ты распространял со своим прежним сознанием, — говорит ящер, несколько обескураживая. — Тебе ведь Омбер показал одну?

— Там монтаж, очень умелый. Обращение не к Либру. Увидев оригинал, ты бы понял. Обращение к прежним жителям этой Платформы.

Либру не поселенцы здесь по вашей прихоти. Остров ящеров, о котором Омбер столько говорил, и который он никогда не даст увидеть, извернётся, но не даст. Это не остров. Вернее, там есть остров, но самое главное — это разбившийся там корабль Ящеров.

— Ты ящер, — констатирую.

— Я — хозяин того корабля, а они все были рабами в клетках. И либру, и регекты. Как экзотические животные с генными доработками, которых я перевозил для услады господ.